Главное — внимание. Дорога бурлила, по асфальту бежали дождевые реки. Байк заносило при каждом крутом повороте, колёса поднимали волны брызг. Катя удерживала газ. Не сбавлять скорости! Если потерять бдительность — Варгр догонит. Это пугало больше всего. Что будет дальше? Сама раздразнила… Драгор Бъёрн прав: алкоголь «развязывал язык» во всех смыслах. Адский напиток. Голова тяжёлая. Тело налилось свинцом. Куда в таком состоянии ехать? Протрезветь бы для начала… Натворила дел?!
Нет, теперь спасёт только побег.
Кренсберг. Снова всё бросить! Так лучше — мосты нужно сжигать.
Катя испуганно вскинула голову. Небо вновь содрогнулось, заискрилось кораллово-пурпурным. Выплюнуло ализариновую кривую и разящим копьем воткнуло недалеко от дороги, на миг окрасив кровавым, чёрную полосу леса. Гуща остроконечных великанов-сосен и приземистых кривых берёз — неприступна, безжизненна…
По коже пробежал холодок. Запах оборотня, настигающего с ужасающей прытью, смешался с трупным смрадом нескольких ламий. Двух, трёх… Катя изо всех сил всматривалась в темноту. Что-то происходит, но чутьё молчит. Почему?.. Варгр, что б его!..
Вглядывалась сквозь прозрачную стену дождя до рези в глазах. В сумраке леса мелькнула тень. Громадина с широкими крыльями выпорхнула на трассу, будто самонаводящаяся ракета. Катя вильнула в единственный узкий коридор шоссе — колёса, взвизгнув, пробуксовали — мотоцикл наклонился. Судорожно удержала руль и выровняла. Огромная летучая мышь, с хлопком крыльев юркнула следом — когтистые лапы чиркнули по плечу, защитному шлему. Оскалившийся, красноглазый монстр обогнал с невиданной скоростью, ловко развернулся и спланировал навстречу. Длинные клыки угрожающе сверкнули — щёлкнули, чуть не зацепив. Катя в последний миг крутанула в сторону и нажала газ. Подбросило вперёд, будто воткнулась в стену — от толчка едва не слетела с байка. Шлем заскрежетал, точно его сминали тиски, металл давил на голову. От боли звёздилось в глазах. Катя махом расстегнула ремень… Чудовище утянуло шлем. Волосы растрепались, пряди кидало в лицо, ливень словно насмехался — поливал как из ведра.
Накатила свобода, и вновь дёрнуло только теперь за плечи, отрывая от мотоцикла. Катя, что есть сил, вцепилась в руль, сжала ногами корпус байка — ламия поднимал рывками, оглушающе шлепая крыльями. Мотоцикл жалобно рычал, колёса бешено вращались, не ощущая твёрди.
Вот и конец… Бурное воображение издевалось — подкинуло красочных кадров: эпизоды кровавой расправы, а после — сдачи останков королеве Ламии, пролетели один за другим.
Силы иссякли, пальцы разжались… Несколько секунд монотонного гула дождя… и послышался металлический грохот. Очередная волна смрад ударила в нос — раздался новый хлопок у обочины. Катя обречённо разлепила глаза. Из темноты вылетело ещё одно чудовище. Метнулось тараном, будто собиралось если не вырвать жертву, то хотя бы отодрать кусок. Оскаленная пасть, блеснувшие когти — смертельное оружие исчадие ада избежать, которое, в данной ситуации, невозможно. По телу пробежал разряд ужаса, мышцы свело. Упырь перед самым носом взмыл и с жутким лязгом атаковал первого.
Удивление, недоумение улетучились в раз… Тряхнуло так, что аж зубы клацнули. Катя беспомощно зависла в пустоте. Свобода, щекочущая нервы и пугающая лёгкость на грани разрыва сердца, заставили его на затяжной миг остановиться… выдать неровный, весьма чувствительный стук… Так вот что значит, парить аки птаха?! Душа выпорхнула, желудок прилип к горлу, кишки стянулись в тугой узел. Размахивая руками, ногами, Катя стремительно падала под аккомпанемент смачно чавкающих упырей, с остервенением кромсающих друг друга. Тёмные пятна сталкивались и разлетались, чтобы вновь броситься навстречу. Картинка «воздушного побоища» ускользнула — неумолимо тянуло вниз. В голове настойчиво колотило дятлом: «Беды не избежать! Рожденный ползать, летать не может… Кошачьи сверхспособности не спасут!» Мозг расплющивало, тело изворачивалось, подыскивая менее болезненную позу для приземления.
Опять дежавю… Хотя авиакатастрофа не давала настолько масштабных ощущений полета. Но что объединяло оба случая — незабываемость пережитого и испытываемого! Сознание рассеивалось, асфальт приближался с космической скоростью. Смерть…
