— Я в этом не сомневаюсь, — заверила Эри. — Уже поздно, я пойду к себе. Спокойной ночи!
— Буэнос ночес, золото мое…
Утром взошло солнце. То есть это не было чем — то неожиданным или уникальным, просто ночью сменился ветер, сдувший с холмов уже надоевшие и нависшие над городом тучи, вода в заливе ушла, воздух посвежел, и даже угольный дым не приникал к земле, а уносился вдаль поверху, подгоняемый потоками воздуха, пролетающего между трубами. От вчерашнего удушливого смога остались только черная сажа и потеки от высохших капель на стеклах окон и стенах да кое — где на металлических частях фонарных столбов, бронзовых ручках на дверях и железной черепице тонкий, почти незаметный слой белой соли. Чистильщики обуви, сапожники, кожевенники и производители кожаных перчаток процветали. Соль, попадая на одежду и обувь, разъедала их и безнадежно портила. С самого утра дворники не только подметали улицы, но и протирали ветошью перила и ограды, дверные ручки и столбы. Жизнь вновь закипела, город, как большой трудолюбивый муравейник, просыпался и заполнялся опять спешащими кто куда людьми и экипажами.
Эри успела позавтракать и одеться, когда ей доложили, что прибыл ее жених и ожидает внизу в машине. Она спустилась и вышла на ступени парадного входа. Пассажирский городской паромобиль Су был необычен. Водитель, он же кочегар, располагался на высоком сиденье сзади, рядом с котлом и топкой, а закрытый салон напоминал карету с одной дверью на каждом боку, пассажиры должны были сидеть в нем лицом друг к другу. Спереди, скрытый за деревянной решеткой, стоял большой радиатор для охлаждения и конденсации воды из пара, с двумя вентиляторами принудительного обдува, соединенными ремнями с передней осью и вращавшимися при движении. На первый взгляд, паромобиль напоминал переделанный кеб, и только опытный техник смог бы с ходу разобрать, что машина сделана на заказ и стоит немалых денег. Покрытые черным лаком поверхности, начищенные до блеска бронзовые детали и необычные темные стекла, скрывающие внутренности салона, — все это издалека создавало простой обыденный вид. Но стоило подойти поближе — и качество отделки начинало бить в глаза. Если обычный рабочий локомобиль был весь шершавым, с торчащими заклепками, то машина Су была отполирована и гладка как стекла в окнах. «Шик, блеск, красота!» — подумала Эри и улыбнулась стоявшему рядом с паромобилем жениху.
Су был одет по последней паромобильной моде: короткая «дорожная» куртка из дорогой кожи, узкие брюки и ультрамодные двухцветные туфли — штиблеты. Голову его украшал котелок — боулер, еще одно достижение технического века. Су приподнял котелок двумя пальцами, приветствуя девушку.
— Раньше ты носил цилиндр, — заметила она.
— Котелок удобнее, — заметил мужчина. — И в машине его снимать не надо. Куда поедем?
— Сначала в архитектурное бюро…
Су поморщился, но открыл дверь, пропуская девушку в салон. Отдал распоряжения водителю и сел сам. Шофер подбросил в топку пару совков угля, проверил уровень воды и давление, отпустил тормоз, и машина тронулась с места.
— Как прошла ваша загородная поездка? — скорее из вежливости поинтересовался Су.
— Инженеры уехали дальше, а мне пришлось вернуться, — сообщила Эри.
— Не понравилось в деревне? — попробовал пошутить мужчина.
— Нет, почему же, понравилось. — Эри как раз была серьезна. — Там такие леса, чистейший воздух. Если бы не бандиты, я бы и дальше поехала, до самого Старого Углеграда.
— Просто удивительно, что твой архитектор не потащил тебя дальше, под пулями, на пожарище в далеком провинциальном городке.
— Не ерничай, тебе это не идет, — посоветовала Эри. — Ты сам знаешь, это всего лишь деловое сотрудничество.
— Взаимовыгодное сотрудничество, — напомнил Су.
— Точно так же, как и наш с тобой будущий брак, — отбрила Эри.
— В браке меня ожидает как минимум один прелестный приз! — улыбнулся Су.
— Не начинай, прошу. Мы с тобой дружим с детства, но оба знаем, что не любим друг друга, — вздохнула Эри.
— Стерпится — слюбится! — засмеялся Су.
— Я бы не была так уверена, — покачала головой Эри. — Я видела, к чему такое приводит. Муж бегает за каждой юбкой, жена заводит любовников, все это знают, но делают вид, что так и должно быть.
— Наши семьи уже обо всем договорились, — произнес мужчина. — У нас просто нет выбора.
— Это все наши традиции, будь они неладны, — разозлилась Эри.
Так, по — дружески переругиваясь и подшучивая друг над другом, они не заметили, что доехали до бюро.
— Ты же не был здесь раньше? — уточнила Эри. — Пойдем, я тебя проведу, я тут теперь все знаю…
Внизу их встретил секретарь.
— Дети наверху в оранжерее, — сообщил он. — Попросили разрешения выпустить туда свое домашнее животное.
— Да? У них с собой был какой — то питомец? — удивилась Эри. — Я не знала, что у Ады есть животное.
— Я сам был удивлен безмерно, — поделился секретарь. — Особенно когда увидел это… Это… нечто необычное…
Он довел гостей до третьего этажа, до дверей в зимний сад.
— Синька! Перестань плеваться и лезь уже в бассейн! — раздался изнутри раздраженный голос Ады.
