Деревенька оказалась небольшой: одна длинная улица с вросшим в грязь, местами перекопанным асфальтом. Многие дома были в запустении. И не было видно людей, только бегали куры да важно плескались в грязных мелких лужицах гуси.
– Жизнь без людей, – вырвалось у меня.
– В п-прошлый раз две старушки на лавочке с-сидели, – вспомнил Алмаз.
– Жарко сегодня – дома прячутся, – объяснил Кирилл.
– А ещё вон там, – Алмаз указал куда-то пальцем, – озеро п-побольше, там местные и к-купаются. А н-наша лужа никому не нужна.
– Судя по берегу, иногда нужна, – сказал я.
Парило, как на дождь. По небу величественно плыли громадные белые башни-облака. Но, несмотря на свою величину, они совсем не закрывали солнца, словно боялись, что оно вмиг испарит их, и обходили. От пота у меня промокла майка и теперь неприятно липла к телу.
– Айда в магазин, – предложил Алмаз.
Я огляделся: непохоже, чтобы в этой дыре был магазин. Но Алмаз с Кириллом направились к какой-то неприметной пристроечке у одного из домов. Наверное, в прошлый раз тут всё разведали.
Магазин оказался крохотным, пахло в нём хлебом и семечками. На грязных полках стояли в основном полторашки с пивом и газировкой. Алмаз купил пачку печенья и бутылку минералки.
– Хотите? – предложил нам с Кириллом.
Кирилл отхлебнул, а я отказался: попить можно было и из колодца.
Колодец находился на отшибе, у разрушенных животноводческих баз. Взяв помятое ведро, привязанное к вороту колодца, я забросил его внутрь сруба. Ведро шлёпнулось в воду. Подождав, когда оно наполнится, я взялся за рукоятку. Ведро оказалось не только помятым, но и дырявым в нескольких местах. Ручка ведра была скользкой, но приятно холодной. Вылив часть воды во флягу, я попил. Вода была ледяной, даже скулы сводило, часть её потекла мне на майку.
– С-сильно не обливайся, – пошутил Алмаз, – а то Олег решит, что ты купался, и будешь с-снова у девок комнату мыть.
Я подумал, что был не прав, когда считал всех ребят ненормальными. Алмаз вполне нормален, даже прикольный. Ну и, конечно, Ира… Про Иру думать было нельзя, и я, налив в ведро ледяной воды, вылил её себе на голову. Чтобы смыло все эти ненужные мысли. Помогло разве что от жары.
Теперь у меня в голове мелькало два образа: Юля и Ира. Они были противоположны. Мягкая такая Юля и резкая Ира. Юля, которая верила в любовь, просто я ей не подходил, и Ира, которая в принципе в любовь не верила. Юля, которую я любил и вот только что без неё мне было так плохо. И Ира, которую я почти не знал, но на неё было приятно смотреть и с ней было так легко разговаривать…
– П-придём – будем п-проситься у Олега на озеро, – решил Алмаз.
Но, когда мы пришли, Олег нас на озеро не пустил, потому что Ира с Егором доваривали суп. Потом мы обедали, мыли посуду и только потом пошли купаться. Только несчастной Ксении пришлось оставаться в домике. Я ей даже посочувствовал. Хотя сама виновата: хотелось в воду – вот мостки, ежу же понятно, что дно тут у берега проблемное.
На этот раз я был единственным дураком, купавшимся в джинсах. Но не раздеваться же при девчонках до трусов. Егор, естественно, этот факт не пропустил, а громко осведомился:
– Что, нижнее бельё с зайчиками?
– С мышками! – огрызнулся я.
– Ерёмин, тебе завидно? – защитила меня Ира. – Купи себе такое же!
Кирилл купаться снова не стал, похоже, сидеть в тени берёзок ему нравилось куда больше. А может, он стеснялся раздеваться, как и я. Оля, казавшаяся совсем тонкой в бледно-голубом купальнике, дошла до середины мостков и там сидела.
– Оля, давай в воду, – сказал ей Олег, – держись руками вот тут, а я тебя подстрахую.
Так и купался рядом с ней, чтобы она не утонула.
– Озеро слабо́ переплыть? – спросил вдруг меня Егор.
– Не слабо́, – сказал я.
И мы поплыли рядом. Правда, доплыть успели только до середины: Олег отвлёкся от Оли и закричал нам, чтобы не маялись дурью и возвращались.
Егор криво улыбнулся.
– Плывём назад? – уточнил я.
– Ну точно, ну. – Он улёгся в воде на спину. – Придётся, а то Олег тебя накажет – ту-ту в город…
– Пошёл ты! – сказал я, ныряя.
– Матвей! – крикнул Олег снова. И я даже отчётливо понял, что про себя он добавил что-то нецензурное.
– Олег Сергеевич, тут неглубоко, – бодро соврал Егор.
– Ерёмин, возвращайся, чего непонятно-то? – крикнула с мостков Ира.
– Заметь, – с удовольствием сказал Егор, – тебя не зовёт! – И поплыл обратно.
Фигня какая-то, словно эта Ира имеет для меня большее значение, чем для него.
Я снова нырнул. Так, чтобы зачерпнуть со дна глину. И перестать думать о девчонках.
– Матвей, чего там завис?! – крикнула Ира. – Плыви давай!
Когда я вернулся, Егор уже сидел на мостках рядом с Алмазом.
– Достаточно наплавались? – спросил Олег и, не ожидая ответа, скомандовал: – В лагерь!
– Посохнуть бы, – предложила Ира.
– Вот в лагере и посохнете.
– Что в лагере делать? – возразила Ира. – Скукота. Самое интересное – берег убирать.
– Нужно унести мешки с мусором, – сказал Олег. – А там посмотрим. Если в шесть часов не будет дождя, то можем сюда вернуться. Смотри, как парит.
