— Не волнуйтесь, профессор, — заверила его мисс Стирлинг. — Нельзя ожидать от мистера Леннокса, чтобы он был кем-то большим, чем просто мистером Ленноксом. Как нельзя ожидать, что проститутка с Уайтчепела[42] вдруг начнет цитировать Данте на итальянском. А теперь, — добавила она, вставая и убирая перчатки, — пойду-ка я в кафетерий и выпью чего-нибудь горячего. Путь до Ливерпуля предстоит долгий.
Мисс Стирлинг покинула купе так спокойно, словно с Лайнелом они говорили о погоде, которую обещают на время их путешествия. Как только она ушла, Александр повернулся к Лайнелу:
— Я знаю, что ты мне сейчас скажешь, — опередил его Лайнел. — Но что бы ты ни говорил — это бесполезно. Эта женщина и я не можем находиться в одном помещении, Александр. И не пытайся просить, чтобы я был к ней терпимее, клянусь, я не собираюсь заключать с ней перемирие.
— Это я и сам прекрасно понял, — покачал головой профессор. — И по-прежнему не понимаю, что происходит, даже если учесть твое недовольство ее отъездом в тот раз. Что между вами произошло, раз теперь ты настолько ее не выносишь?
— Видимо, ее страсть к нему остыла, когда она поняла,
Не прекращая болтать, Вероника достала тетрадь и стала лениво перелистывать страницы, разглядывая наброски.
— А эта смесь акцентов, — продолжала она, — должна признать, звучит очень сексуально. Она больше похожа на ходячую Вавилонскую башню, чем на женщину.
— Эйлиш считает, что она арабского происхождения, — добавил Оливер. — Мисс Стирлинг единственная, кого Эйлиш не смогла «прочитать», прикоснувшись. Тем не менее, с такой смуглой кожей и черными глазами и волосами, она словно сошла со страниц «Тысячи и одной ночи».
— Очевидно, что на славянку она точно не похожа, — согласился Александр. — Но гражданство у нее, должно быть, все-таки, венгерское, как и у князя Драгомираски. Когда она говорит про Будапештский двор, то всегда говорит «мы».
Вероника ничего на это не ответила. Она встретилась взглядом с Лайнелом, и тот быстро отвел глаза, уставившись на раскинувшиеся за окном поля, погруженный в более чем красноречивое молчание.
Трансатлантический океанский лайнер «Океаник»[43] оказался таким огромным монстром из стекла и металла, что, казалось, легко может переломить надвое Ливерпульский причал, спеша покорить Атлантику. До сих пор ни один из англичан не видел трансатлантических лайнеров, поэтому, когда они сошли с доставившего их от вокзала экипажа, остановились, пораженные открывшимся зрелищем: рядом с возвышающимся над пристанью темным корпусом корабля, они сами себе показались ничтожными насекомыми, входящими в Ноев ковчег.
Разумеется, львов на этом ковчеге тоже хватало. Трап, ведущий к палубе первого класса превратился в импровизированный подиум для представителей аристократии. Слишком сбитые с толку, чтобы что-то спрашивать, журналисты молча следовали за мисс Стирлинг на борт, показали билеты представителям компании и пошли за стюардами к своим каютам, куда им не замедлили доставить багаж. Открыв двери в каюты, англичане почти лишились дара речи. Мисс Стирлинг выяснила, что Джеймс Хёрст, капитан «Океаника», узнал о ее присутствии на борту и пригласил их всех отужинать с ним. Они договорились встретиться в 6.15 у лестницы, ведущей к столовой первого класса и разошлись по каютам. Таким образом, у них была пара часов, чтобы осмотреться вокруг.
— Это просто нелепо, — фыркнула Вероника, когда друзья пришли к ней в каюту, чтобы вместе пойти на ужин. Александр и Оливер надели смокинги, как это предписывалось правилами этикета «Уайт Стар Лайн», а вот Лайнел остался в той же одежде, в которой ехал в поезде, тоже самое сделала и Вероника. — Вы видели какой древесиной тут все обшито? А обивку в ванной комнате? Какой смысл тратить столько денег на билеты первого класса, если путь до Нью-Йорка длится всего неделю?
— За все платит не мисс Стирлинг, а ее босс, — уточнил Лайнел, пока они шли по палубе позади остальных. — Должно быть, он рассматривает эти затраты как долгосрочную инвестицию.
— Да мне без разницы чьи деньги. Разве ты не видишь, что все, что хочет Дама-С-Родинками, это купить нас со всеми потрохами тем, что мы от нее получаем? Даю руку на отсечение, что еще до ее визита в Кодуэлл Касл, билеты уже были забронированы. Вот только она не знала, что Август находится сейчас в Раджастане, а Эйлиш беременна, поэтому мне пришлось занять ее место…
