Лорд взглянул в пламенеющие глаза Эйде – в холодной и яростной пляске в них искрилось магическое пламя – и отступил на шаг. Тотчас из темных углов просторного зала заблестели сотни черных лаковых бусинок глаз. Матерые взрослые крысы. Детеныши и старые облезлые беззубые твари. По столу тонкими ручейками зазмеились невесть откуда взявшиеся жуки, устремляясь нестройным ручейком к беспечно оставленной на столешнице ладони. Человек в суеверном ужасе отдернул руку. Под потолком защелкала и закружила невесть как забравшаяся сюда летучая мышь.
Лорд живо представил, как живые ручейки всевозможных тварей от клопов до летучих мышей молча и целеустремленно спешат к его ложу. Как он просыпается от многочисленных укусов, но стоит смежить очи – и вновь упорные бездумные твари, ведомые посмертным проклятьем эльфийки, преодолевают все барьеры в ненасытной жажде урвать сладостный кусочек.
– Чертова ведьма! – взревел феодал, в ужасе отталкивая столь желанную ранее эльфийку. – Ты пожалеешь об этом!
В ярости он бросился вон из зала, громко хлопнув дверью.
Эйде шумно выдохнула и устало присела на мягкое кресло правителя земель. В углу шебуршились крысы, спешащие покинуть небезопасное место. Жуки разбегались по столу, спеша найти укрытие. Магический призыв вдали от леса потребовал очень много личной энергии. Эльфийка машинально оторвала ножку от утки, зажаренной в каких-то листьях, и, не чувствуя вкуса, бездумно принялась ее уплетать. Хорошо, что люди суеверны. Убей он ее – твари вмиг бы разбежались.
Впрочем, насладиться едой Эйде не дали. В зал ввалилось трое арбалетчиков и пара панцирников с осадными щитами. Магиня улыбнулась: она сумела внушить неподдельный страх в хозяина замка. В сопровождении конвоя Эйде проследовала в небольшую комнату, лишенную окон. Там ее поджидали Эмронд и Медиван.
Эльфы пребывали в замешательстве. Зацепив один конец плаща за петлю для факела, они искали, к чему прикрепить подол, чтобы заночевать с комфортом. Холод и завывающий ветер их нисколько не смущали. Тело эльфа легко переносило зимние холода.
В любой сезон древняя раса не изменяла чудесным легким костюмам. Ткани эльфов, производимые специальными деревьями, состояли из множества тончайших слоев и вряд ли уступали добротной шубе по способности удерживать теплоту. Если же тело эльфа разогревалось сверх меры, чудесная ткань отводила излишнее тепло, поддерживая комфортную температуру. К тому же одежда обладала множеством сокрытых сеточек-каналов, позволяющих регулировать свойства и подгонять вещи по фигуре. Новые изделия уступали прошлым повседневным магическим одеяниям, но во многом превосходили наряды гномов и людей.
Эйде изложила произошедшее спутникам. Медиван удрученно покачал головой.
– Увы, наши женщины весьма привлекательны для людей. Так что понять лорда можно. Скорее всего, к нам применят усмирительные меры, чтобы добиться вашей благосклонности, – заключил эльф с кривой усмешкой.
– Не надо так на меня смотреть, Медиван! Ты же знаешь, ничего бы не получилось даже технически. Строение эльфа и человека слишком различается! Не говоря уж о желаниях.
– Я-то знаю – человек не знает.
– Что будет дальше, Медиван? Ты у нас специалист по этим варварам. Может, стоит прорываться с боем?
– Вопрос не так прост, высокая. Предсказать действия молодых рас сложнее, чем древних. Имея одни и те же обстоятельства, они могут делать совершенно противоположные выводы. А потом действовать не в соответствии с собственными решениями! Попробуем рассудить здраво. Эльфы – редкие существа в королевстве людей. Нам приписываются тысячи свойств и сотни легенд. Соответственно, эльф имеет весьма немалую стоимость.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что этот тупой чурбан попытается нас продать, словно вещь? – возмутилась магиня.
– Увы, не исключено. Вместе или по раздельности. Просто так кормить нас этот человек не склонен. Возможно, он попытается силой выведать какие-нибудь секреты. Но вряд ли он решится на настоящую пытку, не захочет повредить «товар». К тому же мудрость не сильно его интересует.
– А как насчет инквизиции, ты ведь так уповал на нее, Медиван?
– Молот Колдунов – это сдерживающий фактор. Навряд ли лорд решится тягаться с инквизицией. И либо он попытается нас побыстрее сбыть, с риском для себя продешевить. Либо укроет от Утера, ибо, если верить докладам Настоятеля, подкупить его невозможно. Тягаться с ним лорд не рискнет. Слишком сильна инквизиция. Утер не тот человек, с которым спорят. Наш тюремщик протянет время в надежде, что информация о нашей продаже дойдет нужным людям как можно быстрее. Затем он переправит нас крупным влиятельным лордам. В этом случае можно смело считать, что наша миссия провалена.
– Хорошо, чтобы вы ошибались, мой друг.
– Я сам уповаю на это.
