Не выпуская из рук знаменитого молота, Утер решительно двинулся на Медивана. Лучники встали наизготовку, но храмовнику было все равно. За его спиной спешили рыцари, на ходу сбиваясь в строй. Снимать шлемы и убирать оружие они не торопились.
Эльф демонстративно вложил ромфею в ножны. Это была игра. Он точно знал, что успеет ее обнажить, прежде чем Молот Колдунов замахнется.
– И так-то вы, значит, боретесь с нежитью?!
Утер упер обличающий перст в грудь прямому, как струна, эльфу.
– Как началась заварушка, сбежали в кусты, бросив всю нежить на нас?! Хороши бойцы, ничего не скажешь!
– Я ведь предлагал людям остаться за воротами, – высокомерно проронил Медиван, облив рыцаря с ног до головы презрением, заморозив горделивым взглядом. – Я действовал так, чтобы избежать больших потерь. Пока вы сдерживали беспорядочный натиск простых мертвяков, мы разбирались с ликтом.
– Кем?!
Утер сделал такое лицо, будто не горделивый эльф говорил с ним, а маленькая девчушка делилась пустыми выдумками.
– Повелителем мертвых. Тем, кто стоял за всеми этими, – эльф поддал ногой чей-то череп.
Утер живо вспомнил Сент-Ринское захоронение и памятный костяк в доспехах. Он не собирался выяснять, как эльфы нашли этого ликта и как убили, пусть это останется на их совести, их и Настоятеля. Он свой долг выполнил. И гном горбатый с тем фактом, что пришлось порубить на мелкие куски все кладбище, в конце концов не первое и наверняка не последнее на его веку. Может, мертвяки на следующем кладбище задерут этих растреклятых эльфов. Ему наплевать! Пусть ведут дела так, как умеют.
– Пес с вами! – процедил сквозь зубы инквизитор. – Люди хоронят своих в земле. Предайте прах этих несчастных забвению. Теперь это ваша работа, – бросил он уже через плечо, шагая в сторону ворот, растолкав сбившихся в строй людей.
Еще какое-то время они недобро сверкали глазами на перворожденных из-под глухих шлемов, но затем последовали за предводителем.
– Жалкий идиот! – фыркнул Медиван. – Проклятье, тут до утра работы.
– Что случилось? – спросила Эйде, стоявшая поодаль, не рискуя соваться под горячую и скорую руку инквизитора.
– Злятся, что мы не приняли участие в битве. Но на самом деле Утер просто боится упускать нас из виду, вот и нервничает. Готов поставить ромфею, он надеется, что какие-нибудь мертвяки нас задерут.
Вернулись два рыцаря с охапкой заступов и лопат. Бросили инструменты под ноги эльфов.
Один из инквизиторов проронил:
– Пресвятая инквизиция дарит вам сей инструмент.
На этом люди решительно отбыли.
– А это что? – с удивлением спросила магиня.
Когда Медиван ей объяснил, она долго негодовала, но в конце концов все пришли к единому мнению, что лучше не ссориться с могущественным союзником. И младшие эльфы принялись за работу. Точно заводные, они работали весь день без продыха. Копали братскую могилу, таскали тела… На закате пришли рыцари и вместе с эльфами отслужили погребальную мессу. Высокие стройные голоса лесных жителей дивно вплетались в могучий хор инквизиторов.
После службы оттаявший храмовник пригласил детей леса отобедать к костру. Эльфы боялись огня. Но из дипломатических соображений отклонять приглашение не стали.
Инквизиторы расселись вокруг огня на импровизированных скамьях, срубленных из небольших берез, произрастающих в округе. Дружно стучали стальные ложки по мискам. Эльфы от людской еды отказались и подкрепляли силы плодами родного леса и маринованным в альмусе мясом.
– Эльфы! – прочистил голос инквизитор. – Здесь наши пути расходятся. Дальше вы пойдете одни волей Отца творить добро и справедливость. Чтобы облегчить ваш путь, я написал верительную грамоту от имени ордена пресвятой инквизиции. С этой бумагой никто не посмеет чинить вам препятствия. Тебе же, Медиван, я дарю перстень со знаком пресвятой инквизиции.
С этими словами он снял с пальца массивный серебряный перстень-печать и протянул эльфу. На украшении гордо красовался багряный строгий меч на белом фоне.
– Если возникнут проблемы с местными лордами, – Молот Колдунов ухмыльнулся, видимо, вспомнив первую встречу с эльфами, – он поможет их разрешить, а также обеспечит кров и пищу в местах, где есть общины пресвятой церкви.
Медиван с глубоким поклоном принял дары храмовника.
– Благодарю вас, наместник, – церемонно ответил эльф. – Я, к стыду своему, не могу подарить столь же ценные подарки. Возьмите мой нож. Он из той эпохи, когда здесь еще шумели леса, а о людях не было и упоминания. Он долго служил мне верой и правдой. Его сталь не хуже лучших гномьих марок, а рукоять удержит нож на плаву и не холодит руку.
Утер принял небольшой кинжал. Треугольное лезвие ножа было чуть изогнуто, а кончик лезвия задиристо смотрел вперед. По лезвию змеился чуть заметный узор. Молот Колдунов провел пальцем по поверхности клинка.
Медиван с улыбкой заметил:
– Это разные стали, мой господин. Благодаря такому сочетанию он не затупится, даже если рубить кованые гвозди, и не сломается, если кому-нибудь достанет сил согнуть клинок в кольцо.
– Коли все, как ты говоришь, это ценный подарок, эльф, – прогудел Утер. – Благодарю тебя.
