Провернув всё то же самое с соседней жердиной, он нагрёб с пола загона, насколько смог дотянуться, грязной соломы и напихал жухлые клочки в многочисленные расщепы. Дополнительно обмотал снизу оба столба рукавами, нещадно оторванными от окончательно испорченной рубахи.
– Всё, поджигай! – поднимаясь и отходя от ограды, скомандовал он Пруту.
Тот опустил факел и дождался, пока огонь, радостно разгораясь, поочерёдно не переберётся на обе жердины.
Трогл ещё дальше отступил от ограды, недовольно взревев. Правда, уже не так громко, как в прошлый раз, когда Сунай ему факелом чуть усы не подпалил. Пруту даже показалось, что клыкастый мохнорыл принялся разглядывать столбы, споро занявшиеся пламенем, со вполне осмысленным интересом.
– Как ты думаешь, – Прут ткнул Суная локтем в бок, – у троглов есть разум?
– Да откуда же я знаю? – искренне удивился друг такому вопросу. – Я до этого вообще, как и Айрак, думал, что троглы только в сказках бывают, а бабка Торка набрехала внучку, чтобы развлечь несмышлёныша. А ты говоришь – разум. Очень надеюсь, что, когда деревяшки прогорят, этот громила догадается проломиться через них на выход.
– Судя по тому, как разошёлся огонь, – вдруг обеспокоился Прут, – прогорят они очень скоро. И я не хочу дожидаться и проверять сообразительность этого чудища. Мне кажется, самое время делать отсюда ноги.
Он первым выскочил назад в коридор, освещая себе дорогу факелом, а Сунай ещё немного задержался, чтобы, обернувшись к троглу, крикнуть:
– Эй, мохнатый, не подведи меня! И надеюсь, мы больше не увидимся!
Ребята успели убежать не так уж и далеко, когда до них донёсся грозный рёв трогла и грохот ломаемой им перегородки.
– Молодец мохнорылый, сообразил, – похвалил зверя Сунай. – Лишь бы он на своих кривульках не сильно быстро бегал.
– Стой! – через какое-то время поймал Прут приятеля за плечо. – Подожди, прислушайся. Похоже, недооценил ты его способности бегуна.
Тяжёлые и частые шаги трогла раздавались чуть ли не рядом. А ещё уши мальчишек уловили какой-то часто возникающий странный скрежет, приближающийся к ним вместе со зверем.
– Догоняет! – всполошился Сунай. – Давай ходу!
Он кинулся вперёд по коридору, даже опередив Прута, бегущего с догорающим факелом в руке. Пришлось поднажать, чтобы шустрик не размозжил себе голову, наткнувшись в темноте на какой-нибудь выступ в скале.
Жаль, не было у ребят земляного сока, чтобы ткань факела пропитать, или хотя бы смолы древесной. Уж больно быстро прогорали полосы, оторванные от рубах. Пока до большой пещеры с сосульками добежали, пламя окончательно погасло, а на изготовление нового факела и розжиг огня времени, увы, не хватало.
В зал из коридора выскакивали уже в полной темноте.
– Сюда, за мной! – скомандовал Прут, сразу на выходе сворачивая направо.
Торопливо двигаясь вдоль стены и стараясь впопыхах не запнуться, он шарил по скале руками, надеясь поскорее отыскать новый проход.
– Есть! Нашёл! – Рука провалилась в пустоту. – Лезем. Щель не очень широкая, но это и к лучшему. Есть шанс, что трогл за нами в эту дыру не сунется. Может, плюнет на погоню и вовсе на радостях домой кинется.
– Ты тоже слышал этот странный звук? – Сунай шёл за Прутом, не отставая ни на шаг. – Будто он камнем по скале скоблил. Как думаешь, мог он это когтями делать?
– Не знаю и знать не хочу, – сердито буркнул Прут. – Не говори лучше ничего. Вдруг он нас услышит.
– Да ему и слышать не нужно, по запаху нас найдёт, – даже и не подумал замолкнуть Сунай. – Видал, как он к нам принюхивался.
Позади вновь заскребло и заскрежетало по стенам.
– Бежим! – подтолкнул приятеля в спину Сунай. – Он за нами прёт!
– Слышу я, – огорчённо выдохнул Прут, ускоряясь, насколько это возможно было сделать в полной темноте. – И как он только сюда пролез?!
Бесконечно долго они двигались и двигались вперёд, пусть и не бегом, но очень торопливым шагом. А узковатый коридор всё петлял и петлял, поворачивая из стороны в сторону, то поднимаясь вверх, то вновь понижаясь, и всё не желал заканчиваться. А трогл так и продолжал упрямо преследовать ребят, вроде не нагоняя их, но и не сильно-то отставая. Пруту даже казалось, что кроме топота и странного скрежета слышит он иногда громкое пыхтение настырного чудища. И как только этот клыкастый верзила умудрялся не застрять в особо узких местах, где даже орчата пробирались впритирочку?
Впрочем, коридор наконец-то немного расширился, а пол стал значительно ровнее, словно идти приходилось по хорошо протоптанной тропе. Вскоре впереди послышался знакомый Пруту мерный гул водопадов, а после показалось и светлое пятно выхода.
Сунай радостно поднажал, и Прут еле успел схватить его, с трудом нагнав:
– Стой! Куда? Если там светло, значит, коротышки с факелами проход караулят. Или забыл, что над горой сейчас ночь? И слышишь шум воды впереди? Это зал с водопадами. А там коротышек всегда много.
– Так сзади же трогл! – выпучил глаза Сунай. – Уж лучше с серыми схватиться, чем на клыки этому мохнорылу попасться!
– А если серых очень много? – попробовал Прут урезонить друга.
