Затаились. Как раз вовремя! Ещё немного – и из скалы всего в паре десятков шагов от ребят появился слабый свет. Отблески огня рассыпались по воде и заиграли-забегали на противоположной стене зала, освещая пещеру всё сильнее и сильнее. Поэтому глаза, уже привыкшие к долгой темноте, даже щурить от света не пришлось, когда из небольшого прохода в стене на берег подгорного озера вышел коротышка с факелом в руке и большой плетёной корзиной на плече.
Вот теперь возможно стало осмотреть пещеру почти целиком. Оказалась она, конечно, не столь огромной, как та главная, что с водопадами и жертвенной скалой. И потолок тут значительно ниже был. Но всё равно, маленькой такую точно не назвать.
От берега до противоположной стены зала было примерно полтора броска камня. А вот поперёк из края в край чуть ли не половина полёта стрелы выходила. Повезло ребятам, что они почти в правильном направлении сразу поплыли. Могли бы до сих пор в дальнем конце пещеры по стенам шариться.
За первым коблиттом, освещавшим путь, на берег вышли ещё четверо коротышек. Тоже с корзинами. И ещё с палками, на концах которых Прут крюки какие-то сумел разглядеть. Особо не озираясь, серые торопливо двинулись всей толпой к самому срезу воды.
– Вот видишь, – плавно приблизившись к Сунаю, прошептал Прут, – не двое их, больше.
Выстроившись в линию на берегу, серые поганцы что-то сыпанули в воду из корзин, отставили их в сторонку и приготовили палки. Прут и моргнуть не успел, а вода рядом с коротышками просто забурлила от наплывших со всех сторон крупных рыбин.
– Да это же рыбаки, – сообразил Сунай. – Говорил, напасть на них нужно было. Подумаешь, рука воинов всего. Да и какие они воины? Бойцы-то из них так себе. Гляди, все до одного калеки: кто хромой, кто кособокий.
Видом своим коротышки и впрямь не производили впечатления опасных соперников. Однако палками своими принялись орудовать довольно хватко и сноровисто. Лупили ими, словно дубинами, по белёсым спинам накинувшихся на прикорм рыбин. Выдёргивали их, цепляя крюками, из воды и ловко скидывали извивающиеся тушки в корзины. Шум и плеск при этом поднялся такой, что шёпот Суная вряд ли мог услышать кто-то, кроме Прута.
– Давай нападём, – не унимался шустрик. – Они так увлечены, что и не заметят, как мы на берег вылезем.
– А если всё же заметят? – Пруту эта идея совсем не нравилась. – Нападут, пока мы на ногах еле стоять будем, и забьют палками. Или сбежит кто. Или крик они поднимут, а на него ещё кто-нибудь прибежит. Навалятся опять толпой – и куда мы денемся? Тут, кроме как в воде, не затаишься нигде. Да и в ней долго не продержишься – замёрзнешь. Нет уж, сидим тихо и ждём, когда серые прочь уберутся.
Ждать пришлось не очень долго. Коблитты заполнили рыбой свои корзины и, взвалив их на спины, отправились восвояси. Пещера вновь погрузилась в темноту.
Выждав на всякий случай ещё немного, ребята выбрались из воды. Опять разложили на берегу одежду для сушки, а Прут ещё и вновь подмоченное огниво принялся протирать сухими водорослями. Сунай же тем временем отправился за рыбой.
Прикорма коротышки с избытком в воду сыпанули. Потому и рыбин рядом с берегом всё ещё крутилось предостаточно. Шустрику и времени-то совсем чуть потребовалось, чтобы вытащить на берег две крупные тушки, поочерёдно насадив их на кинжал.
Рыбу, посовещавшись, решили есть сырой. Водоросли для костра пока соберёшь, пока огонь разведёшь, времени много пройдёт. Прогорит такой костёр быстро, рыбу пропечь всё равно не выйдет. Да и как над огнём её закрепить? Не руками же держать.
В общем, обед вышел так себе. Но хоть чем-то наполнили животы – и уже ладно. Пока ели, набор для розжига подсох. Прут собранные в кучу водоросли подпалил, и, пока огонь поддерживал, Сунай за факелом сплавал.
Хорошо, что серые ловлей рыбы увлечены были и факел, уплывший чуть ли не к противоположной стене, не углядели. А то могли бы ведь неладное заподозрить, кинуться берег осматривать да и заметить затаившихся лазутчиков.
– О, – выбравшись из воды, принялся разглядывать друга Сунай, – твоя косичка совсем растрепалась. Да и от моей, – потрогал он волосы над ухом, – совсем ничего не осталось.
– Ничего, – успокоил его Прут, хотя и было немного жаль стараний Ланы, – теперь с нас за их отсутствие никто не спросит.
Сразу факел не стали зажигать, решили приберечь на дорогу, а пока возле костра подсушить. И одежду у огня подержали, чтоб сохла быстрее. Прут хоть и помнил, что коротышки пленникам рыбу лишь раз в день приносили, но не был уверен, что и для себя они так же редко еду добывали. Могли ведь и вновь заявиться, а значит, сильно задерживаться на берегу не стоило.
Идти, понятное дело, предстояло через тот же проход, по которому к озеру серые заявились. Как далеко они от этого места живут, неизвестно было. Поэтому в путь, предварительно хорошенько напившись воды из озера, очень осторожно отправились. Факел чуть погодя зажгли, но шли молча, стараясь ступать максимально тихо. И всё время прислушивались, не топает ли кто навстречу.
