Л. М. Митина (1991) выявила, что доверие учителя оказывают тем учащимся, которые хорошо учатся и сотрудничают с учителем. На таких учащихся учителя надеются, поручают им почетные обязанности. Проблемные же учащиеся или же не привлекающие внимание учителя оказываются вне сферы доверия. Но именно в работе с трудными детьми в еще большей степени, чем с нормальными школьниками, необходимы доверие, искренность педагогов. Еще А. С. Макаренко говорил, что к воспитанию любого подростка надо подходить с оптимистической гипотезой, пусть даже с риском ошибиться. Открыто выражаемое доверие к нравственным силам трудных подростков нередко дает хорошие результаты. Ведь трудно остаться безразличным, когда узнаешь, что кто-то верит тебе и готов на жертву ради этой веры. Вольно или невольно такое отношение к человеку пробуждает в нем ответную реакцию. Подростки очень ценят то, что им доверяют, несмотря на их дурную репутацию, доверяют им, которым еще никто ничего не доверял. Достаточно вспомнить описанный А. С. Макаренко случай, когда он доверил колонисту важное дело и тот буквально переродился духовно.
Человек, узнавая о том, что в него по-настоящему верят, начинает, пусть иногда не вполне осознанно, меняться, чтобы «не подвести». Та ответственность, которую за него приняли, каким-то странным образом, но неизбежно затрагивает его, хотя ранее он, может быть, и не искал никакой веры в себя. Теперь на него возлагается нечто новое, которое ему предстоит понести, и в каком-то смысле можно говорить об ответной жертве, вольно или невольно ожидаемой от него. Открывший веру в другого, идет на риск, и поэтому его жертва поначалу имеет иной характер – безраздельный, так как ответ, если он будет, приходит не сразу.
Правда, подозрительные подростки иногда с трудом верят в то, что им действительно доверяют, что это доверие – искреннее. Они относятся к оказанному доверию настороженно, как к очередной попытке воздействовать на них, к очередному воспитательному приему. А если у трудного подростка уже сложилась установка противодействовать всякому воспитанию, то и доверие подвергается той же участи.
Конечно, не каждому трудному школьнику следует оказывать доверие и давать ему ключи от кладовой. Здесь тоже нужен индивидуальный подход, понимание учителем психологии ребенка, степени его «запущенности».
Существуют три условия, при которых ставка на доверие оказывается оправданной:
• доверие должно быть естественным и непринужденным, а не явно искусственным приемом. Подросток должен поверить в искренность воспитателя и правильно воспринять сам факт выраженного ему доверия;
• учитель должен быть более или менее уверен в том, что дурные черты у школьника не укоренились настолько, чтобы совершенно заглушить здоровые нравственные тенденции;
• учитель, оказав доверие ученику, не должен занимать позицию пассивного созерцателя результатов своего эксперимента, а терпеливо и тактично помогать школьнику освоиться с новой ролью, постоянно держать такого ученика в центре внимания, вовремя оказывать ему помощь и поддержку.
Нередко в педагогической литературе можно прочитать, что педагогика базируется на безграничном доверии учащимся. Думается, что такой подход не оправдан. Учащиеся не святые, и многие из них пытаются получить хорошие отметки нечестным способом, что, в частности, показывает сдача школьниками ЕГЭ в нашей стране.
