Расстаемся торопливо, потому что ей пора собираться на работу. Договариваемся, что вечером я зайду в клинику и договорюсь с врачом о новом лечебном сеансе. Не пойму только, на кой черт продолжать эту чудовищную терапию, когда все и так прекрасно!
Что-то во мне изменилось. Чувствую себя селенитом, живущим на светлой стороне Луны: много солнца и почти никакой тяжести. Сквозь дымчатую пелену проглядывают усталые, искаженные линзами очков глаза молодой женщины, безуспешно пытающейся различить на моей безмятежной физиономии следы хотя бы малейшего беспокойства.
– Вас совсем ничего не тревожит? – осторожно интересуется она.
– Нет. А должно?
– Не знаю. Мне хотелось бы видеть вас более серьезным, более настроенным на процесс лечения, направленный на полное психическое выздоровление.
– А разве встречаются психически полностью здоровые люди? – невинно спрашиваю я.
Но женщина в белом халате не позволяет взять над ней верх.
– Встречаются! – абсолютно серьезно отвечает она. – Вот я, например. Или мой шеф – доктор Левин.
– А если я не хочу быть похожим на вас и на доктора Левина? – восклицаю я.
– В таком случае оставайтесь самим собой, но только без ваших проблем, – миролюбиво предлагает она. – И тогда все окажутся в выигрыше.
В конце концов, договариваемся еще на один терапевтический сеанс, благо платить за него нет необходимости. Не думаю, что наша беседа доставила доктору удовольствие, но и разочарованной она не выглядела. Вполне возможно, что к середине каждой рабочей недели жизнь настолько утомляет бедную женщину, что у нее просто не остается сил заняться решением чужих проблем, но это, разумеется, не более чем предположение. Сеанс целебного сна она назначила аж на субботу, справедливо полагая, что в первую очередь следует заниматься состоятельными пациентами. Ведь именно от них зависит ее благополучие, в то время как работа со мной не сулит ничего кроме неприятностей.
Пристроившись в кресле, готовлюсь терпеливо ждать. Темнеет непривычно рано, как всегда бывает перед дождем. Спустя четверть часа порывы ветра начинают набрасывать на оконное стекло горсти крупных дождевых капель, подобно тому как сеятель раскидывает по пашне зерно. Вышедшая в холл врач интересуется:
– Ждете Лидию?
– Да, если ее так зовут.
– Вы до сих пор не познакомились? – удивляется она.
– Не было случая. – Мой ответ в полной мере соответствует принятому в таких случаях дипломатическому протоколу – и не правда, и не ложь.
– Сейчас она выйдет! – Поощрительная улыбка женщины, успевшей снять белый халат, подразумевает, что она в курсе дел своих сотрудников. Не очень легко понять мотивы этой дамы, но они, безусловно, существуют.
Откинувшись на спинку кресла, пытаюсь скоротать время до появления Лидии, размышляя о превратностях судьбы. Иногда кажется, что в ней уже не остается неопределенности, и что ты читаешь ее, как детективную повесть, легко угадывая развитие сюжета. Но всякий раз тебя ждет разочарование. Женщина, ставшая призом и одновременно моим проклятием, похожа на сложный инструмент, пытающийся сыграть собственную мелодию. Что чувствует музыкант, скрипка которого вышла из подчинения?! Ощущает ли такое же вдохновение, как и я? Да, жизнь не устает удивлять, но, получив от нее очередной щелчок по носу, ты с опозданием начинаешь понимать, как мало на самом деле от тебя зависит. Шахматная партия, расписанная на годы вперед, может в один момент утратить внутреннюю логику, если ты сталкиваешься с тем, что не подчиняется правилам игры. И тогда не остается никакого другого хода, кроме неверного, но, проигрывая позицию, взамен ты приобретаешь шанс начать все сначала.
В туалетной комнате держу руки под струей холодной воды, пока они не начинают леденеть. Может быть, таким неординарным способом можно остудить и голову? Лидия! Вот как, оказывается, тебя зовут! Мне нравится имя, уходящее корнями в древнюю Малую Азию. Астрологи, которым я, правда, не особенно доверяю, утверждают, что Лидии – хозяйственны и чистоплотны, а это именно те качества, что наиболее ценятся в женщинах. Что ж, время покажет, насколько астрологи правы.
Вернувшись в холл, замечаю, что он выглядит не так, как несколько минут назад. Дождь прекратился. На фоне заката, пламенеющего в огромном – на полстены – окне, темнеет женский силуэт. Совершенство его заставляет оцепенеть. Нет сомнений, я столкнулся с одним из тех немногих архетипов, ключи к пониманию которых укрыты в сердцевине генетического кода человечества. Этот образ, родившийся одновременно со Вселенной, отображает тайну, непостижимую по своей сути. Получив подобный знак, уже не сомневаешься, что вся твоя предыдущая жизнь была, в сущности, всего лишь ожиданием этого момента.
Во всех моих планах теперь нет никакого смысла. Усаживаюсь на диван, едва не задев локтем ничем не примечательного парня, пристроившегося в уголке. Судя по откровенно скучающей позе, он вряд ли записан на прием. Как ни горько это принять, но женщина, ставшая самым серьезным вызовом в моей жизни, скорее всего, пришла с ним. Любовница она или просто знакомая?
