– Разумеется, между нами не может быть ничего серьезного! Ты же не думаешь, что я жду от тебя предложения руки и сердца?! Просто хотелось знать, нравлюсь я тебе или нет, вот и все!
– Думаю, ты и так догадывалась.
– Конечно, но одно дело догадываться, а другое – услышать. Услышать куда приятнее!
– Рад, что доставил удовольствие! – хмуро отозвался я. – Только ни к чему хорошему это не приведет.
– Сама знаю! – отрезала девочка. – Послезавтра я уезжаю в Барселону, а оттуда сразу в Москву. Но нам в любом случае ничего не светило бы: ты – нищий поэт, а я – дочь олигарха! Классический сюжет романтической драмы! Обидно, что именно мы оказались ее героями.
– Здорово, что ты это понимаешь! – К чувству облегчения добавилась капелька разочарования: Дина рассуждала здраво, и стало даже досадно, что она и мысли не допускает о возможности серьезных отношений с бедным поэтом.
– Да уж, конечно понимаю! Всем нравится читать о Ромео и Джульетте, но вряд ли кто-то захочет оказаться на их месте! – рассудительно заметила не по годам умная девочка. – Но ведь ничто не мешает нам проводить больше времени в оставшиеся до моего отъезда дни!
– Не мешает! – согласился я.
Потянувшись грациозно, Дина неожиданно пересела ко мне на колени и, обвив руками шею, прошептала:
– Повтори еще раз, что я тебе нравлюсь.
– Знаешь, хватит, наверное, и одного раза.
– Злющий какой! – нежно проворковала девочка, и я почувствовал, как ее язычок перемещается по мочке моего уха.
– Ты прочла бы мне все-таки еще один отрывок из дневника! – решительно попросил я. – Если, конечно, не хочешь разделить судьбу Джульетты!
– Ладно, – легко согласилась Дина, – но лучше я расскажу. Поскольку ты упомянул Джульетту, речь пойдет о Вероне. Если бы не талант Шекспира, об этом городе никто и не вспоминал бы. Но величайшая в мире драма была написана, и местным жителям осталось только вовремя подсуетиться. Ну, не могли они не заработать денег на чужой трагедии и потому придумали незамысловатую сказочку о том, что если влюбленные поцелуются под балконом, да-да, тем самым существующим только в шекспировской фантазии балконом, где Ромео клялся в любви Джульетте, то любовь их будет вечной. Ох, уж эти влюбленные… им дай только повод, полматерика пересекут ради того, чтобы потешить самолюбие хитроумных веронцев, мастерски умеющих приплести интересную историю к живописному месту. Хорошо хоть, что Шекспир, ни разу в Вероне не бывший, оказался настолько предусмотрительным, что выбрал для свиданий своих героев балкон, а не скамейку. Поверь, над половиной скамеек в городе появились бы таблички, убеждающие туристов, что именно здесь Ромео и Джульетта встречались под покровом ночи.
– Тот фальшивый балкон, о котором ты рассказывала, он действительно выглядит живописно?
– Милый, я приехала в Верону не любоваться балконами, а послушать оперу, ведь Арена не уступает даже миланскому Ла Скала. Представь себе открытый древний амфитеатр, на сцене которого десятки альтов, теноров и сопрано исполняют свои арии среди громоздких декораций, а в оркестровой яме прячется замечательный дирижер. Я впервые в жизни оказалась в оперном театре, лишалась девственности в определенном смысле, и, поверь, хорошо понимала, что делать это лучше всего в Италии!
– Надеюсь, в процессе лишения девственности у тебя возникали только приятные ощущения? – коварно поинтересовался я.
– Не наступай на больную мозоль! – жестко предупредила девочка.
– Ты о чем?
– О моей девственности! – хмуро пояснила она. – Ты должен понимать, в какой семье я росла. Моя мама татарка, поэтому процесс воспитания носил консервативный характер. Папа, впрочем, оказался не лучше. Так что лучше тебе не острить на эту тему.
– Хорошо, – согласился я. – Непонятно только, почему ты столь болезненно воспринимаешь свою невинность. Это ведь не порок.
– Нас в классе две таких… непорочных. Остальные девочки считают нас дурочками.
– Да ведь они ничего не понимают в жизни! Твой статус выше, чем их, он показывает, что ты более ответственна и разборчива.
– Да я и сама все понимаю! – вздохнула Дина. – Только сейчас не модно быть ответственной. И кстати, ответь честно, это осложнит наши отношения? Ты не будешь относиться ко мне, как к недотроге, свихнувшейся на почве собственной сверхценности?
– Наоборот, все упрощается! – убежденно ответил я. – Нам отпущено всего два дня, можно провести это время замечательно, если не забивать себе голову всякими безумными идеями по поводу вечной любви. А потом ты уедешь и вычеркнешь меня из сердца, а я попытаюсь сделать то же самое, хотя не уверен, что это будет легко.
– Мне тоже. Ты самый интересный парень из всех, кого я знаю. Опыта у меня, правда, маловато.
– Ладно, у меня опыта больше, но что с того? – честно признался я. – Ты – отдельное загадочное явление в моей жизни. Я не встречал более необычной девчонки!
– Мы с тобой напоминаем кукушку и петуха! – рассмеялась Дина. – Занимательная парочка.
