- Наивный Нэльдор. Он думает, он здесь кого-то интересует. Этот мальчишка всего лишь мясо. И когда он перестанет тебя развлекать, его отправят на корм волкам или оркам.
Лагортал похолодев взглянул на умайа. Ему представлялось, как Нэльдора, уже истерзанного, разорвут и съедят, и нолдо не мог этого вынести. Эвег, заметив решительный и больной взгляд пленника, вынул кляп. Все равно эльф сейчас никому не навредит, для этих двоих пытка кончилась.
- Передай Саурону… - сказать Лагортал, и Нэльдор едва не крикнул, чтобы он не говорил ничего. Только однажды так уже было… И вместо этого юноша хрипло выкрикнул:
- Держись!
- Эти пытки… бессмысленны… - сухо сказал Лагортал. Не ко времени вспомнилось, как Саурон рассуждал о том, что сметёт всё, но только если это необходимо… - Я не могу дать Саурону то, что он хочет. Это для вас, Тёмных, не бывает аксани, если вы хотите, переступите через всё, я же… просто не могу. А если бы смог, отдать стало бы нечего.
Больдог тем временем отвязывал двоих приятелей от рамы и препоручал их заботам орков. И если Нэльдор хотел болтать - чего там, подумаешь!
Измученных пленных потащили по коридорам: Кириона к Лаирсулу, а Нэльдора пока просто в камеру. Туда скоро должен был придти Повелитель.
========== 19. Принятые решения. ==========
Пока внизу, в подвалах крепости, еще не начались допросы, в верхних комнатах продолжались неторопливые беседы.
…- Я слышала, что Мелькор крайне могуществен и изначально наделён самыми разнообразными силами, — говорила Линаэвэн Эвегу. — А известно ли тебе, его ученику, отчего он не применяет их? Не вырастил дивные сады, цветущие и благоухающие, и древа, которые затмили бы все другие, не создал собственные светила или великие моря и хрустальные потоки?
Её голос звучал очень сдержанно.
Эвег качнул про себя головой — эта тэлерэ умна и знает, о чем спрашивать. Но только и на таких разумных давно был придуман ответ.
— В древние времена, когда эльфы лишь пробудились, у Учителя был прекрасный дом и сады вокруг, и многие дивные вещи, сделанные его народом. Вы знаете это место как Утумно. Валар уничтожили дом Учителя, потому что он не желал покоряться им и быть, как они. И теперь, вырвавшись из плена, Учитель не может вновь подвергать свой народ опасности быть уничтоженным. Пока идёт война, мы живём в крепости, но не среди садов.
Эвег ответил не на все, но он надеялся, что Линаэвэн не заметит подмены, а Март так и точно не заметит. Беоринга научили «видеть главное» и не фокусировать внимание на ненужном. Главное для Марта — что Учитель творил, а его пленили и все уничтожили. Ненужное — почему Владыка не создал светила и моря. Хотя… Марту, наивному и невежественному Марту, не Линаэвэн, можно будет рассказать, что именно благодаря Мелькору взошлхи светила, ведь раньше Валар хранили свет лишь для себя. Так Эвэг и думал поступить.
Не забывал он и о том, что Март, без сомнения, всё услышанное передаст Маирону и обсудит с ним.
Линаэвэн тоже знала, что Март совершенно доверял Тёмным, и попробовала зайти с другой стороны.
— Я слышала об Утумно иное, но если ни я, ни ты не были там, это — вопрос, кому мы верим, — эдэлет вновь немного помедлила перед ответом. Скорее всего, этот Эвэг там был, но как она могла бы это доказать? — Однако заметил ли ты, как странны твои слова? Первое… Ты верно сказал, что мы воюем с вами. Но мы не прекращаем создавать прекрасное, растить цветы, создавать украшения, ткать гобелены, украшать наши дома и земли. Хотя вы разрушали и захватывали их, и убивали нас, и было это не Эпоху назад. Есть крепости для защиты, как эта, и есть воители, но если бы мы позволили страху так управлять своей жизнью, чтобы в своей земле отказаться от созидания, красоты, заботы только потому, что есть опасность, я сказала бы, что мы сами лишили себя свободы. Неужели Мелькор при всём могуществе настолько страшится нас? Или только его народ творил дивные вещи, а не он сам? — что умайар, как Саурон, способны сотворить и красивое, и подобное работе эльдар, Линаэвэн теперь знала.
Эвег усмехнулся.
— Видимо твой Нарготронд, тайный город, не вступающий в битвы, утопает в садах, но ни Минас-Тирит, ни Химринг, ни Твердыня садов не имеют, — Эвег не знал, что уже известно Волку о Нарготронде, но сообщение, что внутри города (а может и вокруг) есть сады, разумеется, будет важным. Это позволит предположить что-то о размере города, плотности населения, местоположении… Конечно, знаний о садах самих по себе мало, но что, если удастся что-то ещё узнать? — Мы, стоящие на переднем крае, не можем позволить себе такую роскошь. Но ты никогда не была в Твердыне, ты не знаешь, как прекрасны ее залы, как искусно они украшены, сколько удивительных вещей там создано! О Март, сколько чудес тебя ждет! А ты, Линаэвэн, не знаешь, но судишь: и о Твердыне, и о Владыке Севера, и о его мастерстве и умении.
