— Бла, бла, бла, бла, — чуть слышно прокаркал как бы про себя ворон.
Волшебник и ведьма быстро переглянулись, и она спросила:
— Мой милый Яков, любимый ворон, как ты здесь очутился?
— Простите, мадам, — ответил Яков с самой невинной миной, — я просто решил предупредить о вашем визите.
— Вот как? Я что-то не припомню, что я тебе велела это сделать, птичка моя дорогая.
— Я это сделал добровольно, потому что подумал, вы меня щадите из-за доброго ко мне отношения, ведь такая ужасная погода, а я страдаю ревматизмом, но мне так хотелось вам угодить.
— Вот как… что ж, очень мило с твоей стороны, Яшенька. Но на будущее ты меня все же лучше спрашивай, нужна ли мне твоя услуга.
— Я опять ошибся? — с подавленным видом спросил Яков. — Я просто невезучий ворон.
— Скажи-ка мне, — спросил Заморочит, обращаясь к котику, — где вы все это время проторчали, проказники?
Мяурицио хотел было ответить, но ворон опередил его:
— Этот отвратительный пожиратель птиц пытался было затащить меня в свою каморку, ваша милость, я все же ускользнул от него и помчался в погреб, но он все равно меня поймал и запер в вонючий ящик. Я часами выражал свой протест, потому что так себя не ведут, так нельзя обращаться с гостем, и тогда он в конце концов меня выпустил и велел не разевать клюва, а не то он превратит меня в жареного цыпленка, и тогда я его клюнул, и между нами завязалась перебранка, а потом, сам не знаю как, мы снова здесь очутились, и во время нашей возни эта идиотская бумажная змея вдруг обвилась вокруг нас, но, к счастью, тут вы подоспели. А что до этого кота, то я должен вам честно сказать, его необходимо посадить в клетку, потому что он просто опасен и жаждет крови, этакая бестия!
У Мяурицио от рассказа ворона глаза на лоб полезли. Несколько раз он хотел было его прервать, но, к счастью, ему это так и не удалось. Заморочит сказал со смехом:
— Браво, браво, мой смелый маленький рыцарь! Но с этой минуты вы должны поладить друг с другом. Обещаете?
— Этого еще не хватало! — прокаркал Яков и повернулся к Мяурицио спиной. — Я не могу поладить с тем, кто меня называет жареным цыпленком. Пусть он откажется от своих слов.
— Но… — начал было Мяурицио, однако его перебила ведьма.
— Никаких «но», — проговорила она сладким голосом, — будьте ласковы друг с другом, плутишки! Мы, мой замечательный племянник и я, готовим вам сюрприз, он вам очень понравится, я знаю. И если вы проведете время мирно и не будете ссориться, то мы вам разрешим участвовать в нашем новогоднем празднике. Будет очень весело, Вельзевульчик, не правда ли?
— Во всяком случае, — ответил Заморочит с кривой усмешкой, — питье будет отличное. Если, конечно, вы будете себя хорошо вести.
— Не хочется, по правде говоря, — прокаркал Яков. — Но если это непременное условие, мы на время заключим мир, так, господин барон?
Он толкнул Мяурицио крылом, и тот с упрямым видом все же кивнул в знак согласия.
Тем временем ведьма свернула пергаментную змею в рулон. А колдун вынул из большого кармана своего халата другой рулон, по виду ничем не отличавшийся от того, что свернула ведьма.
— Прежде всего, Тира, — объяснил он, — мы должны проверить, действительно ли оба эти куска составляют одно целое. Ты ведь знаешь формулу и все последующие действия.
— Все ясно, — сказала она в ответ.
И они продекламировали хором:
И в тот же миг они оба кинули свои пергаментные рулоны к потолку. Комнату озарила ослепляющая вспышка, в воздухе засверкали тысячи звездочек, словно пустили фейерверк, но звуков никаких не было.
Концы обоих рулонов рванулись навстречу друг другу, казалось, они притянуты магнитом, и тут же соединились, да так крепко, будто никогда и не разъединялись.
Изгибаясь волнообразно и плавно, пергаментная змея длиною не меньше пяти метров медленно подлетела под стол лаборатории и, спускаясь все ниже и ниже, постепенно легла на пол.
Колдун и ведьма умиротворенно кивнули друг другу.
— А теперь, — обратился Заморочит к ворону и коту, — мы должны ненадолго остаться одни. Нам надо все приготовить для новогоднего праздника, но, так как мы хотим сделать вам сюрприз, вас не должно быть здесь.
Яков, все еще надеясь не допустить, чтобы пунш был вовремя приготовлен, стал просить разрешения присутствовать при всех их хлопотах, обещая вести себя очень, очень хорошо. Мяурицио тоже его поддержал.
— Нет, этого не будет, любопытный котик, — сказала Тирания, — вы своими бесконечными вопросами нам только помешали бы, ну а кроме того, это ведь должно быть для вас сюрпризом.
Но уговоры ни к чему не привели, и тогда ведьма схватила в охапку ворона, а колдун — кота. Они отнесли их в каморку Мяурицио.
— Можете поспать, — посоветовал Заморочит, — чтобы потом, во время праздника, не быть усталыми. Особенно это касается тебя, котик.
