Во время спуска Мэллори вновь показалась луна. Капитан тихонько чертыхнулся: появись в этот момент на вершине обрыва четники и немцы, он будет перед ними как на ладони. Впрочем, Андреа в случае чего прикрыл бы его, да и к тому же лунный свет позволил ему спуститься в два раза быстрее, нежели удалось бы в темноте. Отряд внизу затаив дыхание наблюдал, как их командир без всякой веревки совершает рискованный спуск, и они не смогли заметить ни единой совершенной им ошибки. Мэллори благополучно вступил на усеянный булыжниками берег и всмотрелся в быстрины.
Затем он заговорил, ни к кому, в частности, не обращаясь:
– Вам ведь не надо объяснять, что произойдет, если они нагрянут в разгар нашей переправы при луне? – Воцарившаяся тишина ясно давала понять, что никому объяснять не надо. – А она теперь надолго. Рейнольдс, как думаешь, справишься? – (Тот лишь кивнул.) – Тогда оставь автомат.
Капитан булинем обвязал морпеха вокруг пояса и вместе с Андреа и Гроувсом приготовился выдавать веревку. Рейнольдс бросился в быстрины к первому же скругленному валуну, предполагающему хоть какую-то опору посреди бурлящей пены. Дважды его сбивало с ног потоком, и дважды он поднимался. В конце концов он добрался до валуна, однако сразу же за ним снова потерял равновесие, и тут уж его понесло вниз по реке. Товарищи на берегу вытянули его назад – закашлявшегося, отплевывающегося и отчаянно сражающегося с мощным течением. Не произнеся ни слова и даже ни на кого не взглянув, Рейнольдс снова бросился в реку, и на этот раз с такой решительностью и неистовством, что ему удалось достичь противоположного берега, ни разу не упав.
Морпех растянулся на скалистой площадке и несколько мгновений лежал, собираясь с силами, затем проковылял к сосенке у основания обрыва, отвязал от пояса веревку и надежно приладил ее к стволу дерева. Мэллори, в свою очередь, накинул двойную петлю на огромный валун и махнул Андреа и девушке.
Капитан снова бросил взгляд на вершину ущелья, но враг по-прежнему не давал о себе знать. И все же было очевидно, что медлить больше нельзя – они и без того достаточно искушали судьбу. Андреа и Мария только-только добрались до середины потока, а Мэллори уже велел Гроувсу помогать с переправой Петару. Он очень надеялся, что веревка выдержит, и она действительно не подвела – грек и девушка благополучно достигли противоположного берега. Едва лишь они вступили на скалистую площадку, Мэллори отправил и Миллера с грудой автоматов на плече.
Гроувс и Петар также пересекли реку без происшествий. Самому же капитану пришлось дожидаться, когда переправу завершит Миллер: без опоры на веревку Мэллори могло унести с гораздо большей вероятностью, нежели остальных, и тогда в воде неминуемо оказался бы и капрал, чего ради сохранности оружия допускать было никак нельзя.
Но вот Андреа протянул на мелководье Миллеру руку, и ожидание командира отряда закончилось. Он снял веревку с валуна, обвязался вокруг пояса булинем и бросился в воду. Его смыло потоком на том самом месте, где и Рейнольдса во время первой попытки. Товарищи быстро вытянули его на берег с изрядным количеством речной воды в желудке, но в остальном невредимым.
– Ранения, сломанные кости, пробитые черепа? – осведомился капитан, ощущая себя так, будто спустился в бочке с Ниагарского водопада. – Нет? Прекрасно. – Он посмотрел на Миллера. – Остаешься со мной. Андреа, ты с остальными укрываешься вон за тем поворотом и ждешь нас.
– Почему я? – спокойно воспротивился грек. Он кивнул на ущелье. – В любой момент сюда могут спуститься наши друзья.
Мэллори отвел бунтовщика в сторонку и тихо проговорил:
– Другие наши друзья могут спуститься вниз по реке из гарнизона на плотине. – Он кивком указал на двух сержантов, Петара и Марию. – Как думаешь, чем закончится их столкновение с патрулем Альпийского корпуса?[23]
– Я буду ждать вас за поворотом.
Андреа и четверо остальных медленно двинулись вверх по реке, поскальзываясь и спотыкаясь на мокрых камнях и гальке. Мэллори и Миллер укрылись за двумя огромными валунами и стали следить за верхом ущелья.
Прошло несколько минут. По-прежнему сияла луна, и никаких признаков врага не наблюдалось. Наконец Миллер тревожно поинтересовался:
– Что, по-твоему, произошло? Уж больно долго они не показываются.
– Я бы сказал, они больно долго возвращаются.
– Возвращаются?
– Им ведь пока неизвестно, где мы сошли с паровоза. – Мэллори достал карту и изучил ее при помощи потайного фонарика. – Примерно через километр отсюда железнодорожная ветка круто поворачивает налево – и там-то наш локомотив наверняка и слетел с рельсов. Нойфельд и Дрошный последний раз видели нас на нем, так что для них вполне логично было бы следовать вдоль ветки, пока не найдут оставленный нами паровоз, ну и нас где-нибудь поблизости. А вот наткнувшись на следы крушения, они должны будут сразу же понять, что произошло. Но в конечном итоге они пройдут два лишних километра, причем половину пути – вверх по склону на уставших пони.
– Пожалуй, так и есть. Надеюсь, – ворчливо продолжил капрал, – они поторопятся.
