Валун же тем временем раскачивался все ощутимей. С каждым новым толчком Андреа глыба смещалась на пару сантиметров дальше вперед – и настолько же назад. Грек опускался по скалистой стенке все ниже и ниже, пока не растянулся на земле почти в полный рост. Он уже начинал задыхаться, пот градом катил с его лба. Вот валун снова двинулся назад, словно бы намереваясь раздавить потревожившего его человека. Андреа сделал глубокий вздох и судорожно распрямил ноги и спину в последнем колоссальном толчке. Глыба неустойчиво пошатнулась, достигла точки невозвращения и ринулась вниз.
Дрошный почти наверняка ничего не услышал, а в такой кромешной тьме навряд ли что и увидел, так что лишь некое интуитивное осознание надвигающейся гибели да внезапная убежденность в источнике опасности и могли заставить его поднять взгляд. Огромная глыба, когда ее разглядели округлившиеся от ужаса глаза командира четников, еще только неспешно катилась, но практически через мгновение она уже стремительно неслась вниз по склону прямо на отряд на мосту, подпрыгивая с каждым разом все выше и попутно вызывая небольшие оползни. Дрошный предостерегающе заорал и вместе со всеми лихорадочно вскочил на ноги, хотя подобная инстинктивная реакция только и являлась что бессмысленным и символическим жестом перед лицом смерти, поскольку для большинства атакующих было слишком поздно куда-либо бежать.
В последнем невероятном скачке громыхающая каменная громада врезалась точно в середину моста, разбив в щепу трухлявые доски и разорвав переправу надвое. Два человека, оказавшиеся непосредственно на пути валуна, мгновенно погибли, пятерых остальных отбросило в стремительный поток, который унес их, пожалуй, к равным образом мгновенной смерти. Две разбитые секции моста, удерживающиеся на подвесных канатах по обеим сторонам реки, обвисли вниз и в бурлящей воде неистово бились расколотыми деревяшками о камни.
К наполовину затопленным трем черным цилиндрам, теперь плашмя покачивающимся в таких же темных водах, крепился по меньшей мере с десяток парашютов. Мэллори и Миллер срезали их ножами и сцепили один за другим приводнившиеся предметы с помощью проволочных строп, специально для этой цели прилаженных к их торцам. Мэллори осмотрел ведущий цилиндр и осторожно щелкнул рычажком на его передней части. Тут же из заднего торца с приглушенным гулом начал вырываться сжатый воздух, и цилиндр ринулся вперед, увлекая за собой и остальные. Мэллори поспешно вернул рычажок в исходное положение и кивнул на два прицепа.
– Вот эти рычажки на них, справа, управляют клапанами затопления. Поверни на этом цилиндре, чтоб он полностью скрылся под водой, но не больше. А я займусь другим.
Миллер осторожно включил клапан и указал на первый цилиндр:
– А это зачем?
– Уж не собираешься ли ты волочь полторы тонны аматола до самой стены? Какой-то реактивный двигатель. По мне, так смахивает на отпиленную часть полуметрового торпедного аппарата. Сжатый воздух под давлением что-нибудь вроде триста пятьдесят килограммов на квадратный сантиметр проходит через замедляющий редуктор. Должен действовать без проблем.
– И до конца, чтобы Миллеру не пришлось за него отдуваться. – Капрал закрыл клапан. – Так хорошо?
– Хорошо. – Теперь все три цилиндра едва виднелись над водой. Мэллори вновь щелкнул рычажком подачи сжатого воздуха на ведущем. Из его заднего торца под аккомпанемент эдакого гортанного звука тут же вырвался поток пузырей, и вся цепочка двинулась в сторону изогнутой горловины ущелья. Коммандос держались за цилиндр-двигатель, в необходимых местах корректируя его курс.
Во время удара валуна о подвесной мост погибли семь человек. Двое, однако, уцелели.
Дрошный и его сержант отчаянно цеплялись за жалкий остаток моста, в прямом смысле слова избиваемые неистовым потоком воды. Поначалу они только и могли, что просто держаться, однако после изнурительной борьбы им в конце концов удалось подняться над рекой и повиснуть, обхватив руками и ногами уцелевшие части уничтоженного моста. Дрошный подал сигнал кому-то невидимому на другой стороне реки и указал вверх, откуда прилетела каменная глыба.
Притаившиеся меж валунов на противоположном берегу трое четников – счастливчики, не успевшие вступить на мост до его уничтожения, – сигнал командира увидели и поняли. Метрах в двадцати над вцепившимся мертвой хваткой в ошметки моста Дрошным – при этом высокий берег полностью укрывал его от взоров с восточной стороны реки – оставшийся без укрытия Андреа начал осторожно спускаться по склону. Один из четников на другом берегу тут же прицелился и открыл огонь.
