– Всего лишь возвращаю должок, дружище, – пожал плечами грек. – Пожалуй, я в тебе тоже ошибался. – Он взглянул на часы. – Два часа! Уже два часа! Где остальные?
– Черт, я совсем забыл! Мария ранена! Гроувс и Петар на лестнице. Не совсем уверен, но, кажется, Гроувс совсем плох.
– Им наверняка нужна помощь. Живо к ним, а я займусь девушкой!
Генерал Циммерман стоял в командной машине на южном конце Неретвинского моста и наблюдал, как секундная стрелка часов неумолимо подбегает к верхней отметке.
– Два часа, – провозгласил он едва ли не буднично и разрезал воздух правой рукой. Немедленно раздался пронзительный свисток, и тут же взревели двигатели танков и затопали ноги в тяжелых сапогах. Передовые части первой бронетанковой дивизии Циммермана двинулись через мост.
– Маурер! Шмидт! Маурер и Шмидт! – Гауптман, дежурный начальник караула Неретвинской плотины, выбежал из помещения, дико огляделся по сторонам и схватил сержанта за плечо. – Черт побери, где Маурер и Шмидт? Кто-нибудь их видел? Как никто? Живо включай прожектор!
Петар по-прежнему прижимал бессознательного Гроувса к лестнице, и он расслышал крики, однако смысла не разобрал. Теперь слепец обхватывал морпеха обеими руками, практически под невозможным углом втиснув собственные предплечья между опорами и поверхностью скалы. В таком положении он мог бы удерживать сержанта бесконечно долго – точнее говоря, до тех пор, пока не сломал бы себе запястья или предплечья. Однако его посеревшее и искаженное лицо, заливаемое ручьями пота, молчаливо свидетельствовало об испытываемых им ужасных муках.
Мэллори и Миллер тоже расслышали выкрикиваемые на плотине приказы и, как и Петар, причины переполоха не поняли. «Добром это для нас не кончится», – мелькнула, впрочем, у Мэллори мысль, однако он тут же отогнал ее, поскольку его внимания срочно требовали дела гораздо важнее. Они добрались до противоторпедной сети, и капитан уже приподнял над водой несущий трос и занес над ним нож, как вдруг Миллер с воплем перехватил его руку.
– Кит, нет! – Подобная эмоциональность Миллера даже несколько огорошила капитана. – Черт, где были мои мозги? Это же не трос!
– Как не трос?
– Это изолированный силовой кабель! Посмотри внимательнее!
Мэллори последовал его совету и согласился:
– А ведь точно!
– Готов поспорить, как минимум две тысячи вольт. – Миллер все еще не мог успокоиться. – Черт, силовой кабель! Да мы бы поджарились заживо! Еще и сигнал тревоги сработал бы!
– Похоже, чрезмерности немцам по вкусу, – отозвался Мэллори.
Чистой воды над кабелем было от силы с четверть метра, и коммандос пришлось изрядно повозиться, чтобы приподнять и протащить над преградой цилиндр с двигателем на сжатом воздухе. Едва лишь они подняли над кабелем переднюю часть первой емкости с аматолом, как менее чем в ста метрах от них на гребне плотины вспыхнул мощный прожектор. Его горизонтальный луч резко нырнул вниз и принялся обшаривать поверхность водохранилища возле бетонной стены.
– Черт, только этого нам не хватало, – выругался Мэллори. Он толкнул цилиндр с зарядом назад с кабеля, однако проволочная сцепка с двигателем помешала ему уйти под воду, и передняя часть емкости так и осталась торчать над водой сантиметров на двадцать. – Бросаем. Давай под воду, цепляйся за сеть.
Оба немедленно нырнули. Сержант на плотине продолжал водить прожектором, и луч его прошел по предательски выступающему цилиндру с аматолом, однако благодаря черной окраске различить его в темной воде было не так-то просто, и потому сержант попросту не обратил внимания на чуждый объект. Помелькав еще немного, луч исчез.
Мэллори и Миллер осторожно поднялись на поверхность и быстро осмотрелись. Непосредственной опасности как будто не наблюдалось.
Капитан взглянул на часы:
– Живо за дело! Черт, мы опаздываем почти на три минуты!
В отчаянной спешке они всего за двадцать секунд перетащили через кабель обе емкости с зарядом, а за следующие двадцать запустили ведущий цилиндр и достигли массива плотины. В этот момент облака вновь рассеялись, и темные воды залило серебристым светом луны. Коммандос оказались как на ладони, однако поделать с этим, как они прекрасно понимали, уже ничего было нельзя. Время неумолимо истекало, и Мэллори и Миллеру только и оставалось, что как можно быстрее закрепить и привести в готовность заряды аматола. Их обнаружение, несомненно, все еще могло сорвать операцию, вот только предотвратить его они уже никак не могли.
– Согласно инструкции, заряды нужно развести на двенадцать метров и на столько же опустить. Нам не успеть.
– Нет, пока еще успеваем. Замысел состоит в том, чтобы пропустить танки и только потом разрушить мост, чтобы не прошли бензозаправщики и основная часть пехоты.
Тем временем сержант, обшаривавший прожектором воду, вернулся с западного конца плотины и доложил офицеру:
– Чисто, герр гауптман. Никого.
– Что ж, прекрасно. – Гауптман кивнул в сторону ущелья. – Теперь давай на ту сторону. Может, и найдешь что.
