Неторопливым жестом Старр вдавил тлеющий конец сигареты в пепельницу. «Сколько решимости и непреклонности в этом жесте», – подумал командир «Улисса» капитан первого ранга Вэллери. Он знал, что теперь произойдет, и на один миг пронзительная горечь поражения заглушила тупую боль, сдавливавшую его лоб все эти дни. Но только на один миг: Вэллери устал до такой степени, что ничто его больше не трогало.
– Сожалею, джентльмены, искренне сожалею, – едва улыбнулся тонкими губами Старр. – Позвольте вас заверить, в сложившихся обстоятельствах адмиралтейство приняло правильное и оправданное решение. Однако ваше, э-э-э, нежелание понять нашу точку зрения прискорбно.
Помолчав, он протянул свой платиновый портсигар поочередно четырем офицерам, сидевшим за круглым столом в каюте контр-адмирала Тиндалла. Четыре головы разом качнулись из стороны в сторону, и усмешка вновь коснулась губ вице-адмирала. Достав сигарету, он сунул портсигар в нагрудный карман серого в полоску двубортного пиджака и откинулся на спинку кресла. На лице его не осталось и тени улыбки, и присутствующие без труда представили более привычный их взорам блеск золотых галунов на мундире вице-адмирала Винсента Старра, заместителя начальника штаба военно-морских сил.
– Когда я летел утром из Лондона, – продолжил он ровным голосом, – я испытывал досаду. Вот именно, досаду. Ведь я… я очень занятой человек. Первый лорд адмиралтейства, думал я, лишь отнимает у меня время. И не только у меня, но и у себя самого. Что ж, придется перед ним извиниться. Сэр Хэмфри был прав. Как всегда…
В напряженной тишине послышался щелчок зажигалки. Облокотясь о стол, Старр вполголоса продолжил:
– Давайте будем до конца откровенны, господа. У меня были все основания рассчитывать на вашу поддержку, и я намеревался как можно скорее разобраться в этом инциденте. Я сказал «инцидент»? – криво усмехнулся он. – Слишком слабое выражение. Скорее мятеж, господа, государственная измена. Вряд ли нужно объяснять, что сие значит. И что же я слышу? – Он обвел взглядом сидящих за столом. – Офицеры флота его величества, флагман в их числе, сочувствуют мятежному экипажу!
«Тут он перегибает, – устало подумал Вэллери. – Хочет нас спровоцировать». Слова и тон, каким они были произнесены, подразумевали вопрос, вызов, на который надо было ответить.
Но ответа не последовало. Все четверо казались апатичными, равнодушными ко всему и до странности похожими друг на друга. Лица моряков были угрюмы и неподвижны, изрезаны глубокими складками, но глаза смотрели спокойно.
– Вы не разделяете моего убеждения, господа? – не повышая голоса, продолжил Старр. – Находите мой выбор эпитетов слишком, э-э-э, резким? – Он откинулся назад. – Гм, «мятеж». – Медленно, словно смакуя, он произнес это слово, сжал губы и снова обвел взором сидящих за столом. – Действительно, слово не очень-то приятное, не так ли, господа? Вы бы, вероятно, дали этому другое определение?
Покачав головой, Старр наклонился и разгладил пальцами лежавший перед ним листок.
– «Вернулись после рейда на Лофотенские острова, – читал он шифровку. – 15:45. Прошли боновые заграждения. 16:10. Застопорены машины. 16:30. Производится погрузка провианта и снаряжения из лихтеров, ошвартовавшихся лагом[25]; смешанная группа матросов и кочегаров отряжена для погрузки бочек со смазочными материалами. 16:50. Командиру корабля доложено о том, что кочегары отказались выполнить приказания поочередно главстаршины Хартли, старшины котельных машинистов Гендри, инженер-лейтенанта Грирсона и, наконец, старшего инженера-механика. Зачинщиками предположительно являются кочегары Райли и Петерсон. 17:05. Отказ выполнить распоряжение командира корабля. 17:15. Во время выполнения служебных обязанностей подверглись нападению начальник караула и дежурный старшина». – Старр поднял глаза. – Каких именно обязанностей? При попытке арестовать зачинщиков?
Вэллери молча кивнул.
– «17:15. Палубная команда прекратила работу, очевидно, из солидарности. Никаких насильственных действий не предпринято. 17:25. Обращение командира по корабельному радио. Предупреждение о возможных последствиях. Приказ возобновить работы. Приказ не выполнен. 17:30. Радиограмма командующему на борту „Герцога Кемберлендского“ с просьбой о помощи». – Старр снова поднял голову, холодно взглянул на Вэллери. – Кстати, зачем вы обращались к адмиралу? Разве ваши морские пехотинцы…
– Это было мое распоряжение, – резко оборвал его Тиндалл. – Неужели бы я приказал своим морским пехотинцам выступить против людей, с которыми они прослужили два с половиной года? Исключено! На моем корабле, адмирал Старр, грызни между экипажем и морской пехотой нет и в помине. Они слишком много пережили вместе. В любом случае, – прибавил он сухо, – вполне вероятно, что морские пехотинцы отказались бы выполнить подобный приказ. Не забывайте, что если бы мы использовали против экипажа своих солдат морской пехоты и те усмирили бы этот, э-э-э, бунт, то «Улисс» перестал бы существовать как боевая единица.
