– Разумеется, как только доктор смог связно разговаривать, я тут же послала за мистером Джонсом. Он не позволил мне присутствовать при своем разговоре с доктором, а доктор, сама доброта, сказал мне не беспокоиться и заверил, что все будет в порядке. – Глаза ее наполнились слезами, и она вытащила из сумки платочек. – Но этого не было, мистер Холмс! Я отсутствовала в комнате каких-то пять минут, а мистер Джонс уже вышел оттуда, ведя под руку доктора Андершо. И доктор сказал, что его обвиняют в убийстве. Он был белым как мел. Он сказал, что ничего не помнит о прошлом вечере, но верил в то, что в Скотленд-Ярде докопаются до истины. Доктор попросил меня послать за семейным адвокатом. А потом мистер Джонс увел его, все еще шатающегося и страдающего от кошмарной головной боли.
– Почему вы решили обратиться ко мне? – спросил Холмс.
– Я читала о вашем мастерстве и способе раскрытия дел. Я велела горничной не трогать кабинет после того, как его осмотрит полиция, и села на первый поезд до Лондона, полная решимости найти вас. Если кто и может доказать невиновность доктора, так это вы! И теперь, – сказала она, – я передаю это дело в ваши руки, мистер Холмс.
В полдень мы втроем сели на поезд на Ватерлоо. На вокзале нас ждала коляска, но поездка оказалась такой короткой, что мы могли бы легко дойти до дома доктора Андершо пешком. Холмс бегло осмотрел симпатичный дом в георгианском стиле и ухоженный садик и торопливо вошел внутрь. Я предложил миссис Морис опереться на мою руку, но она жестом велела мне следовать за Холмсом.
Я нашел Холмса в кабинете. Он стоял на коленях возле очага и рассматривал угол медной каминной решетки. Я осмотрел комнату, которая была все еще в состоянии разгрома, и пошел к окровавленному сиденью под окном, на котором, должно быть, и нашли тело Велоупа. Подсохшие пятна крови покрывали сиденье и пол. Само окно было закрыто, шторы задернуты.
Миссис Морис подошла ко мне, Холмс тем временем поднялся на ноги, приблизился к буфету и наклонился над двумя бокалами с сохранившимся в них липким осадком. Осмотрев подставку для графина, он несколько минут изучал сиденье, окно и шторы. Потом он хлопнул в ладоши и широко улыбнулся:
– Миссис Морис, вы были абсолютно правы. Доктор не виновен в убийстве, и благодаря вашему своевременному вмешательству я смогу это доказать. – Не обращая внимания на ее изумленные и радостные восклицания, он продолжил: – Не трогайте даже пылинки в этой комнате. – Затем он повернулся ко мне: – Уотсон, мы должны успеть на последний поезд. Завтра мы вернемся сюда с инспектором Этелни Джонсом и откроем ему всю правду о том, что здесь произошло.
В тот вечер Холмс отказался обсуждать это дело даже в самых общих словах, поэтому мне пришлось сдержать свое неудовлетворенное любопытство и отдать должное роскошной кухне и напиткам у Симпсона. На следующее утро я встретился с Холмсом и инспектором Джонсом на Ватерлоо. Для меня так и осталось загадкой, как именно Холмс убедил его приехать туда, но ему это удалось.
Пока мы сидели в купе, Джонс сверлил Холмса глазами, но тот молча смотрел в окно и курил трубку. Тогда инспектор повернулся ко мне:
– Да будет вам, доктор! Этого человека нашли практически державшимся за рукоять ножа, воткнутого в спину жертвы. Он же явно виновен! Ну, должны же вы хотя бы намекнуть мне на то, что вы там обнаружили! Мистер Холмс может разыгрывать из себя мумию сколько угодно, но вы-то разумный человек, вы не оставите меня в неведении!
Я улыбнулся:
– Боюсь, я не смогу вам ничем помочь, инспектор, потому что сам знаю не больше вашего. Вам же известно, как Холмс любит устраивать сюрпризы.
Несмотря на несмолкающее бурчание инспектора, поездка выдалась приятной, и я с удовольствием прошелся пешком от станции до дома.
В дверях нас встретила миссис Морис. Холмс отклонил ее предложение подать нам кофе, хотя Джонс и выглядел так, что ему пошел бы на пользу какой-нибудь бодрящий напиток. Введя нас в кабинет, Холмс остановился на середине комнаты.
– Итак, инспектор, – произнес он с такой знакомой мне насмешливостью, – не осчастливите ли вы меня вашей версией произошедших здесь событий, основанной на обнаруженных уликах и результатах допроса доктора?
