— Месяц тому назад я получил письмо от Абд аль-Латифа. Он предсказывает новый большой голод в Египте, даже более страшный, чем тот, что случился здесь четыре года назад. Собеседник маленького доктора нахмурился еще больше. Было видно, что направление, которое принял разговор, ему крайне неприятно. Похоже, тягостные воспоминания о той голодной зиме, что случилась четыре года назад, были еще живы. Однако, пересилив себя, Моше бен Маймон все же ответил:
— Да, к сожалению это слишком похоже на правду. Множество признаков указывают на грядущую беду.
— А, между тем, цены на зерно на рынках Александрии и эль-Кахиры сейчас ниже низкого. И если в течение лета — начала осени…
— Нет, это невозможно! — Собеседник маленького доктора пребывал все в той же позе, но от него ощутимо пахнуло холодом. — Да, верно, четыре года назад некоторые сказочно обогатились, продавая хлеб по 8-10-кратной цене. Все так. Но кто это были? Вельможи двора, начальники воинских частей или же те, кто заручились их покровительством. В любом случае, в их распоряжении была вооруженная сила, способная оградить запасы зерна от десятков тысяч голодающих. Во время голода лишь войско способно сохранить хлеб в руках продавца. Евреям не удержать товарных запасов продовольствия. Лишь то, что закуплено и припрятано для самих себя, да и то…
— Вы говорите, войско? Армия Ричарда будет в Египте не позднее следующего лета.
— Слишком поздно. Судя по тому, как идут дела, продовольственные склады без сильной охраны начнут громить уже через два-три месяца.
— Именно поэтому один из посланников Ричарда договаривается прямо сейчас с Амори де Лузиньяном о временном хранении зерна. Хлеб можно будет грузить в куркуры и заураки прямо на причалах александрийского порта и морем отправлять на Кипр. В Египет хлеб вернется лишь тогда, когда войско Ричарда твердо возьмет под контроль главные города Дельты.
— То есть, нам во всем придется положиться на добрую волю короля и на его желание заработать с нашей помощью?
— А когда было иначе?
— Хм, это верно. Какую долю от прибыли хочет иметь Ричард за свое покровительство?
— Никакую. Прибыли не будет. Вернее, она будет, но значительно позже и в гораздо больших размерах.
— Поясните свою мысль, уважаемый Шешет! — Было видно, что собеседник маленького доктора изрядно удивлен, но старается свое удивление слишком уж сильно не показывать.
— Ричард не собирается устраивать здесь торговлю зерном. Хлеб понадобится ему для прокорма войска следующим летом и для строителей канала к Красному морю.
— Что-что?! Ах вот как? Все-таки канал! Ну, это многое объясняет. — Тонкие пальцы хозяина дома потянулись к колокольчику. В ответ на серебристый звон тут же отворилась дверь, и вошел слуга.
— Зеэв, дойди до дома аль-Муная и пригласи молодого Менахема.
— Слушаюсь, господин.
— Его прадед, — пояснил хозяин дома, — был у аль-Амира главой департамента земледелия. Он же строил Нильский канал — тот, что соединяет Нил с озером Мареотис. Мальчик в полной мере унаследовал талант прадеда и уже сегодня, несмотря на молодой возраст, является опытным землеустроителем. Он нам очень поможет. Схема пролегания будущего канала у вас, я полагаю, с собой?
— Да, разумеется, — маленький доктор с поклоном протянул чуть желтоватый лист бумаги.
— О, неплохо, очень неплохо, — Моше бен Маймон углубился в рисунок, одобрительно кивая головой. — Хотел бы я знать, откуда у франков столь точная схема пролегания старого русла "Реки Траяна". Неужели они, наконец, чему-то научились?… Ну что ж, прекрасно! Дождемся молодого аль-Муная. Для начала нам следует определиться с объемом предстоящих работ и с необходимым количеством строителей. Ведь именно от этого будет зависеть количество зерна, которое следует закупить…
Лето 1199 года в Северной Италии выдалось жарким.
