«
Вейас поднялся и стряхнул с одежды снег. Он принялся сжимать и разжимать кулаки, иглистой болью прогоняя апатию из суставов, приплясывать ногами, чтобы согреться.
Ведущий в бездну тоннель со скрипом распахнулся. Вейас облегченно вздохнул и ступил внутрь, в тепло. Никто не встретил его, не сопровождал, но он успел выучить дорогу к покоям принцессы.
Коридоры пустовали. Даже стража не попадалась на глаза. Может быть, туаты готовятся к нападению на Странников? Длинный змеящийся тоннель уперся в широкую дверь. Вейас вошел, не потрудившись даже постучать.
В слепящем свете не сразу удалось различить очертания шести девушек. Облаченные в прямые синие платья и со спрятанными под полупрозрачными вуалями лицами, они толпились у ложа Эйтайни. Вдоль него на каменных тумбах стояли глиняные миски с черной краской и тонкими кисточками. В бронзовых кадильницах дымились сушеные травы, от запаха которых и без того больная голова шла кругом.
Он шагнул к ложу. Девушки молча расступились, явив ему принцессу, укрытую лишь тонкой вязью колдовских татуировок. Тройные спирали-трискели и остроугольные узлы-трикветы причудливо сплетались в узоры вокруг нарисованных на бледной коже глаз и развилок-крестов. Взгляд терялся в изгибах черных линий, словно в тропах судьбы.
Принцесса поднялась нарочито медленно и плавно. Глубоко вздохнула, отчего дрогнула полная грудь, по упругому животу скатилась темная капля и притаилась между бедер. Она грациозно выгнула спину и потянулась вверх руками. Навеянное татуировками наваждение пропало: перед Вейасом оказалось лишь женское тело. Прежде столь желанное, теперь оно отвращало его до тошноты, словно догнало демоническое похмелье.
– Что здесь творится? – неучтиво поинтересовался он.
– Мы принимаем нового покровителя, – спокойно ответила Эйтайни.
– Разве так можно?
Принцесса встряхнула головой. Взметнулись завязанные в множество косичек волосы. Подведенные углем фиалковые глаза прищурились, пристально разглядывая его.
– Как видишь.
Она накинула на себя легкую синюю тунику и подала девушкам знак оставить их наедине.
Вейас сразу перешел к делу:
– Помоги мне! Прислужники Странника гнали меня, как шелудивого пса, и едва не прикончили, – он скривился. – Нужна армия, чтобы с ними покончить.
– Странники настолько сильны, насколько позволяет им Лайсве. Этих тварей привлекает отчаяние, тоска и одиночество, а если жертва столь прочно связана с высшими силами… – Эйтайни сокрушенно понурилась. – Наша армия не поможет. Странники с легкостью уничтожили половину отряда отца, а домой и вовсе вернулась треть. Посмотри, ты и сам ранен.
Она указала на его левую руку. Рукав порвался, на коже вздулись багровые царапины, а Вейас даже не заметил.
– Давай смажу, – Эйтайни поманила его, но он лишь недоверчиво отстранился. – Не бойся, ворожить не стану.
Она подобрала с тумбы туесок и, освободив его руку от грязной ткани, втерла в кожу мазь. Запахло мятой, царапины нестерпимо зудели, а затем по ним прокатился успокаивающий холод.
– Значит, моя сестра останется во власти Странника, а твой отец не удостоится праведной мести? – возмутился Вейас.
Принцесса печально повела плечами и отвернулась.
– Нет, просто нам нужен более сильный союзник. Есть один на примете.
Он схватил ее за плечи.
– Говори! Где его искать?
Эйтайни оттолкнула его руки и прошлась по комнате.
– Чары Странника победит лишь истинная любовь. Та, что суждена. В городе есть другие Сумеречники. Их четверо. Среди них суженый твоей сестры. Только он одолеет Странника.
– Ты о ее женихе? – Вейас вскинул брови. – Никогда не поверю, что этот хлюпик способен убить тварь, которая одним взмахом пальца и твоего отца прихлопнула, и меня на лопатки уложила.
– Возможно, он просто не встретил кузнеца, что выкует из него несокрушимое оружие, – она остановилась перед Вейасом, заложив руки за спину. – Но однажды он станет великим воином и будет держать судьбы всех твоих собратьев в своих руках.
– Радужное будущее, однако.
– Усмири гордыню и попроси помощи. Это ее единственный шанс на спасение.
Было неприятно признавать, но она права.
Даже не попрощавшись, Вейас вернулся к людям.
Ищеек долго искать не пришлось, достаточно было отследить ауры с разноцветными вкраплениями родовых даров. Они остановились на самом людном постоялом дворе «Золотой гусак», расположенном на рыночной площади. За пару медек мальчишка-привратник показал их комнату.
