«
«
Раз учить не хотят, кое-что можно было попробовать самостоятельно. Лайсве положила руку на плечо брату и представила, как его обволакивает спокойствием. У нее уже получалось делать это раньше, только она не знала, что это дар, – настолько все естественно происходило. Вот и сейчас: колеблющиеся чаши весов замерли, мышцы Вея расслабились. Он повернулся к ней и ласково улыбнулся.
«
Лайсве кивнула, исподлобья глядя на Микаша. Тот пожал плечами и удалился, должно быть, тоже скучал, хотел поговорить для разнообразия с кем-нибудь из своих.
«
Когда это он начал читать ее?
«
«
Они принялись бегать друг за другом в мыслях, бесились, как в детстве, но сейчас никто не мог подсмотреть за ними и упрекнуть в неподобающем поведении. Как же было весело!
К тому времени, когда они отоспались, метель не успокоилась. Снег валил сплошной стеной, вихрился, грохотал ветер. Пришлось выжидать. Туаты выбрались на охоту. Лайсве дремала, закутавшись в три шкуры, Вейас рылся в своих вещах. За время путешествия у него скопилась настоящая коллекция сувениров: чешуйки амфисбены, коготь варга, шишка со скрюченной сосны. Он не был сентиментальным, не любил хвастать, просто иногда вертел находки в руках и разглядывал.
Сложив добро обратно в сумку, он направился к Микашу, которого на охоту тоже не взяли, напомнив, что он «длиннобородый» и к выживанию в горах не приспособлен. Он снова перечитывал письмо своей возлюбленной и романтично вздыхал. Лайсве даже немного завидно стало. Наверняка с той девушкой он не такой заносчивый, как обычно.
Вейас пихнул его в плечо.
– Чего расселся, увалень? Отрабатывай свой хлеб!
– Я и так отрабатываю! – хрипло проворчал Микаш, пряча «реликвию» за пазуху.
Во время разбивки лагеря и поиска пути он в самом деле был куда полезнее, чем близнецы, хотя Лайсве старалась помогать и участвовать во всем, насколько хватало сил. Жаль, что их оказалось мало. И почему дурацкое женское тело такое постыдно слабое?
– Мне-то от этого какая польза? – не унимался Вей. – Это мой поход, значит, будь добр, подчиняйся!
Микаш скривился.
– Тебе сапоги целовать или сигануть в пропасть?
– Кому нужны твои унижения! – Вейас подцепил мечом его ножны. – Давай кости разомнем.
Микаш пожал плечами.
Они оба скинули малицы и вышли на свободное пространство. Обнажили клинки и стремительно сошлись, не дожидаясь команды.
Раздираемая любопытством, Лайсве подобралась поближе. Вейаса впервые настолько захватил азарт. Куда там тренировочным поединкам, которые он наверняка проигрывал назло отцу. Он даже с амфисбеной не сражался так яростно. Как будто на кону стояла его жизнь или нечто большее.
Но этого было недостаточно.
Микаш отбивал самые хитрые из его финтов играючи, не дрался всерьез и нападал лишь для вида. В бою он выглядел совершенно другим – быстрым, гибким, ловким. Насколько же он был силен? Вейас же двигался с головокружительным темпом, отрывисто нанося точные удары. Клинки со скрежетом сталкивались, разлетались и скрещивались вновь.
Лайсве не могла предсказать ни единого выпада. Ей хотелось выбежать и помочь брату, но стоило ли лезть под шквал наточенной стали?
Ну же! Вей сотрет самодовольное выражение с лица Микаша!
На его рубашке проступили мокрые пятна, лоб заблестел от пота. Вейас замедлился. Исход приближался неумолимо. Брат запнулся. Сердце екнуло. Он вывернулся и нанес удар снизу, закрутил клинок, пытаясь выбить оружие из рук противника. Микаш отступил, дернув меч к полу. Оружие Вейаса упало, лязг разнесся по каменным сводам победным эхом.
– Хитрость – это хорошо, но затуманенный яростью разум – плохо. Забыл, чему я тебя учил? – снисходительно спросил Микаш.
Вей поднял меч, сплюнул под ноги и отвернулся. Горечь за брата толкнула Лайсве на безрассудство. Она скинула малицу, потянула собственный меч из ножен – не слишком искусно выкованный, но короткий и легкий, чтобы она могла с ним легко управиться. Вей учил ее защищаться. Когда она будет жить одна, это понадобится не меньше, чем дар.
– Сразись и со мной, – предложила она Микашу.
Он нахмурился, оглядывая ее с ног до головы.
– С бабами не дерусь.
– Боишься? – Лайсве с вызовом выгнула бровь.
Микаш напрягся, сощурил глаза, губы поджал в тонкую линию. Он кивнул.
Мужчины!
Лайсве направила клинок на противника и выставила ведущую ногу вперед. В мыслях прокручивались наставления, приемы – все, что она только знала о фехтовании.
– Не стоит! – отговаривал ее брат.
– Но мне тоже надо тренироваться, – возразила она.
Микаш сверлил ее оценивающим взглядом, перекладывая меч из руки в руку.
Лайсве сделала несколько глубоких вдохов, чтобы отрешиться от волнения, сосредоточиться на поединке и противнике.
