– Значит, будет старший Веломри. А про меня вряд ли кто спросит.
– Всего лишь друг, хм? – удивился Майлз.
Микаш покраснел до самых ушей и засопел.
Они расседлали лошадей и занесли вещи в дом. Целитель угостил их приготовленной на скорую руку яичницей с беконом, козьим молоком и сыром.
– Как вам, кстати, дорога? – обронил Майлз, когда собирал тарелки со стола. – Ходили через пещеру? Видели Лик Истины?
Похоже, это волновало его больше всего.
– По дороге туда – да. Нас с братом преследовали жуткие видения, только он сказал, что это никакой не Лик, а грибные споры, – Лайсве полезла в сумку за дневником и раскрыла его на странице с грибами. – На обратном пути мы обмотались шарфами и ничего не видели.
Майлз забрал дневник и изучил рисунок.
– Тролльи грибы, ну надо же! Тролли из них дурманящие зелья делают. Я думал, вывелись они, – воскликнул тот и схватил Лайсве за ворот рубахи. – Как их найти?
Микаш перестал жевать и напрягся, опустив руку на эфес меча. Лайсве поспешила все рассказать, прежде чем дело дойдет до драки. Майлз накинул на себя плащ и натянул сапоги.
– Хозяйничайте тут без меня. Еда в погребе, дрова в поленнице, можете баньку натопить. Я туда и обратно, – сказал он с порога, явно не в себе.
– Но мы на рассвете отбываем. Вы не успеете! – забеспокоилась Лайсве.
– Оставьте ключ под порожным камнем. У меня кроме трав красть нечего. Но вы это… кампалу и мак никому не давайте. Для вашего же блага, – бросил он на прощание и побежал к пасущейся на лугу лошади.
Почти. Лайсве взяла дневник и записала все, что рассказал Майлз.
– Что дальше? – спросил он, когда закончил чавкать у нее над ухом.
Лайсве задумалась.
– Знаешь дорогу на пляж?
– Примерно представляю, – пожал плечами он. – Зачем тебе? Купаться еще холодно, лучше баню натопим.
– Да не купаться. Идем! – она потянула его за руку на улицу. – Посуду потом помоем.
Они прогулялись по узким улочкам Гартленда до набережной. В порту на них косились пропахшие рыбой и водорослями рыбаки и засаленные до самых костей матросы. Микашу достаточно было грозно зыркнуть и чуть откинуть полы плаща, показывая притороченный к поясу меч, чтобы все отвернулись. В сопровождении дюжины воинов мимо них прошел капитан в форме норикийской армии: голубых бриджах и камзоле, с широкополой, украшенной пышными перьями шляпой. Служивые внимательно вглядываясь в лица прохожих.
– Достань подвеску, – шепнула Лайсве Микашу. Так Вейас отваживал любопытных гостей.
Микаш вынул из-за пазухи родовой знак и повертел его в ладони. Воины пошли своей дорогой. Правильно, с Сумеречниками лучше не связываться.
Снова началась отмель c утлыми лодчонками и полузатопленными, заброшенными остовами. Наконец, показалась песчаная коса пляжа с выступающим сосновым лесом. Смолистый запах вперемешку с солью кружил голову, наполнял тела легкостью. Пусто, людей не было. Верно, для купания слишком рано. И хорошо!
Лайсве стянула сапоги и вручила их Микашу. Он наблюдал, как она мчится по мокрому песку, утопая в нем пальцами. Набегал прибой, мышцы сводило от ледяной воды, но Лайсве кружилась, впитывая в себя соленые брызги и холодные порывы ветра, кричала от воодушевления как чайка и не думала, какой безумной кажется со стороны. Она давно мечтала об этом. И ни о чем больше.
– Куда дальше? – спросил Микаш.
Устав сходить с ума, Лайсве легла рядом с ним на колючий от палых сосновых иголок песок.
– Не знаю, – ей не хотелось даже думать. – Зачем тебе?
– Надо спланировать путешествие: сколько провианта взять, где останавливаться, до какой поры успеть в нужное место, – занудливо вещал он. – В таком деле нельзя быть беспечным.
– Планы – напрасная трата времени. Я планировала выйти замуж за Йордена, нарожать ему детей и жить в счастье и согласии до самой смерти. Йорден планировал отравить меня и сделать хозяйкой любовницу-служанку. Отец планировал выдать меня замуж, сделать Вея рыцарем и отправиться в поход в Элам. Ты планировал всю жизнь пахать землю в своем селе. Хоть что-то сбылось?
Микаш горестно вздохнул.
– Твой брат станет Сумеречником.
– Да. Но Вей всегда был лучшим. А мы так… объедки с хозяйского стола. Вряд ли мы чего-то добьемся, вряд ли найдем место в мире. Но, может, весь мир это и есть наше место. Пойдем по дороге, и она сама выберет, куда нас завести.
Микаш смотрел туда, где вода встречалась с небом. Узкая полоса то появлялась, то исчезала в белой дымке. Может, стоило сказать ему?
– Эльбани.
Он перевел задумчивый взгляд на нее и поправил упавшие на лоб волосы.
– Это маленькое графство на юге Норикии. Там нет гор, холода и полугодовой мглы.
Он скептически выгнул брови.
– А еще там гнездятся Странники.
Микаш потянул меч из ножен и провел пальцами по лезвию, проверяя остроту.
– Не хочешь, не иди, – Лайсве придвинулась и положила голову ему на грудь. – Ты не раб. Ты самый свободный человек из всех.
– Уже нет, – едва слышно пробормотал он.
