– Ты… сестру береги, – Лис бросил на Лайсве короткий взгляд. – Сердце у нее из чистого золота, гораздо дороже этого. – Он вручил брату кошель с монетами. Вейас принялся их пересчитывать. – Умеет она пробуждать совесть… даже если та, казалось, давно умерла.
– Уж мне ли не знать, – Вейас сунул деньги обратно в кошель и обернулся к Лайсве. На его губах играла все та же печальная улыбка.
Они прибыли в Гартленд, небольшой городок у подножия Спасительного хребта, что отделял Полночьгорский полуостров от Мунгардского континента. На ночь их приютил целитель Майлз. Целители тоже принадлежали к ордену, хотя с демонами не воевали и выбирали место для жизни и работы сами, выплачивая ордену взносы деньгами и умениями.
На ужин он повел их в крошечную харчевню на окраине. За едой беседа пошла куда бодрее.
– В Урсалию проще всего по морю попасть, – отвечал на расспросы Майлз, цепляя ложкой кольца жареного лука. Он был мужчиной невысоким и коренастым, с круглым лицом и большими залысинами на висках. Давно за сорок, говорил размеренно и вдумчиво – толковый собеседник.
– Сейчас конец осени, шторма. Нет в порту желающих в такую погоду плыть, – Вейас покачал головой, гоняя по тарелке скользкий гриб.
– Через пару-тройку недель прибудет корабль капитана из Урсалии. Он удачлив, как морской демон – довезет за достойную плату, – предложил Майлз.
Брат скорчил недовольную гримасу.
– Слишком долго. Да и разбойники они все, этот народ морской. Того и гляди, ограбят и за борт выкинут с камнем на шее.
– Как знаете, – Майлз подтянул к себе разостланную на столе карту и указал точку на горном перешейке, что находилась далеко к северу. – Это Перевал висельников. Единственная дорога через Спасительный хребет.
– Почему висельников? – встряла Лайсве и пригубила для вида эля.
– Потому что проще сразу в петлю, чем там пройти, – ответил с соседнего стола мастеровой, сильно подвыпивший, судя по громкому хохоту.
Вейас осадил его грозным взглядом.
– Тропа там крутая, местами над обрывом по узкому карнизу проходит, кое-где на кручу лезть надо. К тому же там Тролльи сховища близко. Запросто на демонов нарваться можно, – пояснил Майлз.
– Тролли – это плохо, – многозначительно отозвалась Лайсве.
Противнее демонов надо еще поискать. Подлые и хитрые, они с легкостью расправлялись даже с бывалыми Сумеречниками, могли проклясть так, что самые искусные целители оказывались бессильны. Уж лучше в море утонуть, чем подцепить тридцать три несчастья от троллей.
Вейас морщился. Видно, размышлял о том же.
– Нет ли другого пути? Дальнего или тайного? Только для Сумеречников? – Лайсве подмигнула Майлзу.
Он окинул зал подозрительным взглядом и, придвинувшись вплотную, зашептал:
– Есть здесь одна пещера, – он указал точку на хребте, что располагалась гораздо ближе к Гартленду, чем злосчастный перевал. – По преданиям, в селении, которое стояло на месте этого города, жил храбрый пастух Апели, слепой, будто крот. Летом он единственный осмеливался водить стада овец на высокогорные пастбища Спасительного хребта – тогда его еще называли Коварным. Апели знал горы как свои пять пальцев, не боялся ни глубоких ущелий, ни узких карнизов, ни сыпучих камней, ни отвесных скал. Ни разу не потерял ни одного животного, но однажды, испугавшись чего-то, от него сбежало все стадо. Долго он искал овец по кручам и оврагам, пока не наткнулся на пещеру. Апели спустился внутрь, два дня брел по ее чреву, оголодал и уже не надеялся вернуться, как вдруг пещера закончилась. Он оказался в долине по ту сторону гор и нашел свое стадо, мирно пасущееся на свежей нетронутой траве. Собрав овец, Апели погнал их обратно, но у самого выхода из пещеры стадо снова испугалось. Раздались голоса. То оказался передовой отряд троллей. Они собирались напасть на селение. Дождался Апели, пока тролли уснут, и, бросив стадо, помчался домой. Ему удалось увести людей до нападения, но тролли почуяли их и пустились в погоню. Апели решил переправить людей через пещеру и укрыть в долине по ту сторону гор.
«Ты слеп! – возразил один из селян. – Не видишь, тут над входом древние написали: „Бойся каждый, ступающий в обитель Истины, ибо Лик ее жесток и беспощаден“. Ты слеп, тебе страшиться нечего, а мы умрем от ужаса, если узрим ее».
«Что ж, – ответил Апели, – пусть те, кому боязно, остаются здесь и падут от стрел и клинков троллей, а остальные пускают следуют за мной и, быть может, мы спасемся».
Так они и поступили. Часть селян осталась, и их кровь впитали в себя земля и камни. Другая часть последовала за Апели, и те, кто был чист душой, миновали пещеру. Они основали в долине на берегу моря новое селение, которое позже назвали Урсалией. Те же, кто не смог очиститься от дурных помыслов и страхов, сошли с ума и навсегда остались блуждать в пещере. Позже, когда троллей загнали обратно в горы, а разрушенный Гартленд отстроили, люди снова попытались пройти через пещеру, но сурового Лика Истины не выдержал никто.
