Снова взревели трубы, призывая всех к тишине, а вслед за ними громко и торжественно зазвучал голос распорядителя игрищ.
– Наш повелитель эмир Аль-Хакам, да хранит его Аллах, весьма удивлён победой в игрищах этого никому не известного юноши, который не побоялся сразиться с пятью его личными телохранителями! Имя ему Масуд. Он воспитанник всеми нами уважаемого Абу-Сирхана. Эмир считает этого юношу великим воином! – Глашатай выдержал длинную паузу, искусно подогревая интерес толпы к тому, что должно было произойти дальше. – Оруженосцы! Уведите с арены боевого коня Масуда, снимите с бойца тяжёлые доспехи и подведите к эмиру!
Подоспевшие слуги быстро справились с застёжками, освобождая юношу от брони, поножей, налокотников, наколенников, кольчуги и разного другого железа, предназначенного для защиты воина в сражении.
Масуд сразу почувствовал облегчение, оставшись в простой полотняной одежде.
Умелые руки стянули через его голову мокрую от пота рубаху, обтёрли мягкой тканью лицо, спину и грудь, а лёгкий ветерок приятно обдул разгорячённую кожу, вызывая покалывание в мышцах. Он поднял руки вверх и потянулся, прогоняя из тела усталость, и неожиданно поймал нацеленные на себя восхищённые женские взгляды. Юноша не успел ни о чём подумать, как услышал тихий шорох и почувствовал на своих плечах прохладное прикосновение шёлка. Это трое слуг ловко надели на него сверху лёгкую тунику бирюзового цвета с широкими вырезами для головы и рук.
– Подойди к эмиру Аль-Хакаму, Масуд! Тебя ждут обещанные призы! – снова раздался голос глашатая.
Двое оруженосцев подхватили юношу под руки и быстрым шагом направились прямо к скамьям, на которых восседал эмир со своим окружением. И только тут Масуд понял, что слуги уже успели убрать ограждающий арену барьер.
Не доходя десятка локтей до группы сидящих людей, оруженосцы упали на колени и распластались ниц перед повелителем правоверных, вынуждая юношу сделать то же самое.
– Эмир Аль-Хакам разрешает тебе подняться, воин! – прозвучали слова распорядителя игрищ.
Масуд не заставил себя ждать и молниеносно выпрямился во весь свой гигантский рост, быстрым и внимательным взглядом исподлобья охватывая расположившихся перед ним людей. От него не укрылись явное любопытство в глазах эмира, спрятанная в бороде Абу-Сирхана ироничная улыбка и неподдельный испуг на лице Басимы.
Боковым зрением юноша заметил, как эмир движением руки подал кому-то знак, и тут же толпа оруженосцев снова облепила Масуда со всех сторон. Он устало прикрыл глаза и почувствовал, как на него надевают лёгкую стёганую куртку, услышал шелест многочисленных металлических колец, текущих по телу, а также звон сталкивающихся чешуйчатых пластин. А по тому, как на спине, руках и ногах затягивались ремешки с застёжками, юноша понял, что становится обладателем полного комплекта боевых доспехов.
Внезапно наступившая тишина вынудила его открыть глаза. Людей вокруг уже не было. Он перевёл взгляд на своё одеяние и невольно зажмурился. Поверх мелкоячеистой кольчуги, доходившей до колен, его грудь, живот и бёдра прикрывал панцирь из блестящих полированных стальных пластин, создавая иллюзию идеально подогнанной рыбьей чешуи. Эту удивительную броню органично дополняли массивные сварные наплечи, наручи и поножи. На широком поясе в ножнах висели меч и кинжал – подарки эмира. Доспехи и оружие сверкали на солнце так нестерпимо, что казались не серо-стального, а ослепительно-белого цвета.
Топот копыт за спиной заставил Масуда резко развернуться.
К нему быстрым шагом приближались двое оруженосцев, ведущих в поводу великолепного белоснежного арабского коня с длинной густой гривой и приподнятым вверх хвостом. Под гладкой на вид кожей с короткой шерстью перекатывались выпуклые мышцы, давая понять зрителям, что перед ними редкостный по красоте и резвости скакун. Украшенные драгоценными камнями уздечка, седло и подпруги были под стать этому благородному животному.
Юноша не удержался и провёл рукой по изогнутой бархатистой шее жеребца, ощущая под ладонью трепещущую плоть.
– Масу-у-у-д! – вибрирующий голос герольда отвлёк юношу от любования конём. – Повелитель мусульман эмир Аль-Хакам, да продлит Аллах годы его жизни, объявляет тебя победителем игрищ и берёт в своё ближнее окружение. Отныне ты – его личный телохранитель! Эмир даёт тебе новое имя – Блистательный! Он уверен, что с таким именем ты будешь так же блистать своим воинским искусством, как и новыми доспехами! Садись на коня и соверши по арене круг почёта, чтобы наш народ мог хорошо разглядеть лучшего воина эмирата!
Оруженосцы помогли Масуду сесть в седло, опустили стремена по длине его ноги и вложили в одну руку копьё, а в другую щит. Под радостные крики толпы всадник лёгкой рысью поскакал вокруг огромной арены…
– Вот так оно когда-то и было! – тихонько прошептал великан и тяжело вздохнул, окидывая взглядом каменные стены своей темницы с маленьким окошком.
Он сжал голову двумя руками, пытаясь освободиться от мыслей, навеянных именем Блистательный, которым его только что называл управитель крепости Лютфи.
