А на следующий день им повезло ещё больше. Вран отправил их далеко за посёлок в песчаную бухту, в которой были сожжены драккары ярла Эгиля и ярла Андотта. Викинги обнаружили, что кто-то уже похозяйничал тут. По всему видать, люди Кагеля. Остовы драккаров были вытащены на берег, трупы погибших людей зарыты в землю, а сверху насыпан высокий песчаный курган. В кустах недалеко от воды Гирк наткнулся на сваленное в кучу оружие, которое, похоже, горожане хотели забрать с собой, но в спешке забыли.
Вооружив своих людей, великан вздохнул с облегчением. Две сотни человек могли теперь справиться с любым врагом. Но на всякий случай он ещё приказал изготовить с десяток щитов размером почти в человеческий рост для защиты от стрел.
На мысу, как и возле верфи, Вран выставил круглосуточную охрану.
Надоумила его Леся, приплывшая с несколькими ребятишками на маленькой лодке, прицепленной к лодке Гирка, привёзшего из посёлка холсты для паруса. Нет, не боялся великан нападения. Кроме Кагеля, воевать здесь было не с кем. Враждебные викингам местные племена ушли с насиженных мест ещё при ярле Эйнаре.
Леся к Врану не подходила, словно опасалась и сторонилась его. Она могла долго сидеть неподвижно на деревянном чурбаке, наблюдая за работой мастеров на верфи, или бродить по окрестностям в поисках чего-то понятного только ей. Но однажды утром она подошла к великану, ухватила тоненькими пальчиками его огромную ладонь, привлекая к себе внимание:
– Вран, мне здесь очень нравится! Все твои воины такие большие и сильные, я никогда не видела так много мужчин.
– Тебя не обижают?
– Нет, они добрые, только нашего языка не понимают.
– А как же ты с ними разговариваешь?
– Мы не говорим, а улыбаемся.
– Зачем ты приплыла сюда, Леся? – Вран нахмурил брови. – Детям не место здесь.
– Мне очень хотелось посмотреть на тебя! – Девочка доверчиво прижалась к его огромной руке. – И помочь хоть чем-нибудь.
– Верея знает, что ты тут?
– У неё и без меня своих дел хватает.
– Но она всё-таки знает, где ты?
– Не беспокойся, её предупредил Гирк.
– Хорошо, если что-то понадобится, говори мне.
Великан хотел уже отойти от девочки, но она по-прежнему не отпускала его руку.
– Вран, а почему никто не охраняет посёлок и большие лодки, что вы строите? Враги могут их ночью сжечь! Или ты думаешь, что вокруг живут только друзья? У нас Гирк даже днём заставлял охотников присматривать за посёлком.
Гигант удивлённо посмотрел на ребёнка.
– Мне казалось, что никто не рискнёт напасть на посёлок, а на верфи даже ночью люди работают. Нас много, и мы хорошо вооружены. Но ты, наверное, права. Мы не будем рисковать нашими драккарами, я выставлю охрану на мысу. Оттуда вся река хорошо просматривается.
Так он и поступил.
А уже через два дня ранним утром мастера спустили на воду первый драккар.
Странно и непривычно викингам было наблюдать с берега за стоящим на корме у руля огромным Враном и примостившейся возле него маленькой девочкой.
Драккар медленно вышел из рукава реки и, наполняя ветром парус, устремился на средину Вины, рассекая форштевнем мелкие волны. С ближнего борта воины махали руками и что-то весело кричали оставшимся на берегу друзьям. А тем уже было не до них. Они работали.
Два десятка человек, разместившись внутри и снаружи второго драккара, острыми ножами срезáли выступающий из пазов между поясами обшивки белый мох. Этот мох был хорош тем, что при намокании сильно разбухал, забивая малейшие щели в обшивке.
Совсем недалеко в подвешенных над костром металлических котелках булькала кипящая смола, которую разогрели для обработки бортов.
Лишь только остатки мха были удалены, толпа викингов обступила драккар. Резные фигуры быстро сняли со штевней, а сам драккар перевернули вверх килем и установили на деревянные опоры разной высоты.
Несколько мастеров с намотанными на палки кусками материи и с котелками в руках начали втирать горячую смолу в уплотнительные швы и доски поясов обшивки.
К заходу солнца и второй драккар был полностью готов к спуску на воду.
Вернувшиеся из пробного плавания по реке викинги с удовольствием рассматривали и ощупывали изгибы бортов, штевней, перебирали лежащие в куче вырезанные вёсла. Они радовались, как дети. Сбылась их мечта.
Так закончился очередной тяжёлый день на берегу чужой реки.
Зрители быстро заполняли углублённый в землю амфитеатр, посредине которого была установлена огромная металлическая клетка, соединённая арочным переходом с подсобными подвальными каморами.
Внутри неё, прижавшись к железным прутьям и неотрывно глядя в сторону зияющего чернотой широкого люка, стоял мальчик лет пятнадцати. Множество шрамов покрывало его тело, показывая, что он побывал в жестоких переделках.
Громкий голос человека, ведущего праздничное представление, перекрыл шум толпы:
