Вран прекрасно понимал, что нельзя сотней огненных стрел и парой упавших на палубу горшков поджечь лодьи горожан. Он хотел достичь совсем другого результата.
Растекающаяся по палубе горящая жидкость всего лишь отвлекала ратников, заставляя тушить пожар и создавая при этом хаос. А вот огненные стрелы, пробившие паруса и повисшие на крючках оперения, мгновенно подожгли материю, перекинулись на оснастку, вынуждая экипажи обрубать ванты и шкоты, пытаясь сбросить горящие полотнища вместе с реями в реку. На палубе средней лодьи Вран увидел стоящего Кагеля. Старик что-то кричал суетящимся возле мачты ратникам.
Едва только дымящие лодьи проплыли мимо, как голос херсира перекрыл радостные крики и смех его воинов.
– Вёсла! Разобрали вёсла!
Викинги бросились выполнять его приказание. Суеты и беготни не было. Каждый из воинов знал своё место.
Замелькали лопасти длинных вёсел, пропускаемых через гребные люки.
И вот драккары, похожие спереди на каких-то неведомых зверей, загребая деревянными лапами воду и ускоряя ход, двинулись обратно в сторону посёлка.
Великан ещё раз обернулся назад, убеждаясь в том, что тяжеленные лодьи горожан не скоро смогут развернуться и на вёслах дойти до мыса.
– Хоп-хей! Хоп-хей! Хоп-хей! – резко и пронзительно зазвучал голос Хьёрта, устанавливая ритм гребли сидящим на румах викингам.
«Не успели установить металлическое било, – подумал Вран. – А Хьёрт молодец, сообразил, как обойтись без него!»
Драккары шли на помощь своему посёлку.
С высоты кормового настила Вран уже видел ощетинившийся железом ёж викингов и окружающую его толпу ратников. Похоже, что Аки, выполняя приказ своего херсира задержать врагов подольше на берегу, хотел неспешно перемолоть весь напавший на него отряд горожан. И это было ему по силам! Ратников вокруг скопилось более двух сотен. Они не догадывались, что около ста человек викингов собрано внутри ежа, который в любое мгновение может раскрыться.
Вран улыбнулся, вспомнив, как горожане в первый раз столкнулись под стенами крепости с таким же железным ежом ярла Эйнара. Они так и не научились воевать с викингами.
Первыми приближающуюся со стороны реки опасность заметила оставленная на лодьях немногочисленная охрана. Её крики и сигналы, подаваемые рогом, были услышаны. Полторы сотни человек бегом бросились к сходням лодий. Им удалось быстро погрузиться и, отталкиваясь вёслами, отойти от берега. Занятый рубкой с копейщиками и ратниками горожан, Аки из своего ежа ничего этого не видел.
Запенилась вода вдоль бортов под ударами вёсел, и лодьи, ускоряясь, двинулись на стремнину, оставляя на берегу своих горожан на верную гибель.
– Пусть уходят! – крикнул Вран смотрящему на него Хьёрту. – Нам не взять на абордаж две лодьи, у нас людей мало! Приставай к берегу! Поможем Аки разделаться с его врагами!
Великан услышал, как зашуршал под килем его драккара песок, и тут же викинги с воплями начали прыгать с бортов в воду, выскакивая на берег и сразу привычно выстраиваясь для атаки в тупой клин.
Ёж Аки начал разворачиваться, вводя в сражение десятки новых и свежих воинов.
Копейщики и ратники горожан по примеру викингов образовали защитный ёж. Ими руководил сухощавый пожилой мужчина высокого роста с белыми как снег волосами, прикрытыми блестящим металлическим шлемом, и аккуратной седой бородкой клинышком на лице, облачённый в боевые доспехи. Теперь уже горожане оказались в окружении. Но попытка викингов разорвать ёж своим тупым клином результата не дала. Копейщики отбросили назад первые ряды нападавших, устилая их телами землю. Атака прервалась. Бездействие с обеих сторон могло продолжаться долго, но неожиданно на линию копейного боя ворвался Вран с двумя мечами в руках. Скорость его движений была просто немыслимой. Четыре толстых копейных древка с металлическими втулками возле острия были перерублены мечами, словно ветки дерева, открывая ему доступ внутрь ежа. Великан вклинивался всё дальше и дальше в толпу ратников, увлекая за собой прикрывшихся щитами викингов. Тяжёлые удары его окровавленных мечей в щепы разносили деревянные щиты, кромсали человеческую плоть, создавая вокруг гиганта пустое пространство. Вран неотвратимо продвигался к старику в блестящих доспехах. Один за другим рухнули на землю четверо кряжистых телохранителей, бросившихся на защиту своего предводителя. Старик не успел поднять вверх свой щит, как лезвие меча плашмя ударило по шлему, опрокидывая его длинное худое тело навзничь. Ёж рассыпался. Люди в диком страхе бросились врассыпную, подставляясь под сыплющиеся со всех сторон удары викингов.
Лишь два десятка ратников, выставив перед собой мечи и сгрудившись в плотную массу, сумели прорвать окружение и пробиться на песчаную отмель поблизости с верфью, на которую ещё совсем недавно они высаживались. Но и там спасения не было. Две лодьи горожан барражировали под парусом в сотне ярдов от берега, не решаясь приблизиться на расстояние полёта стрелы, три лодьи с почерневшими от огня мачтами медленно шли на вёслах вдоль берега, но были ещё слишком далеко, чтобы успеть оказать помощь своим людям.
