Церковным властям придется примириться с существованием модификаторов сознания. «Возрождение религии», о которой столько времени говорят, произойдет не в результате евангелических массовых сборищ или выступлений фотогеничных проповедников по телевидению. Оно будет следствием открытий биохимиков, которые дадут возможность большому числу людей достичь радикальной трансценденции и понимания природы вещей[188].
Защищая свою точку зрения на психоактивные вещества, якобы расширяющие сознание, Хаксли приводит перечень своих переживаний, которые, с его точки зрения, следует расценивать не иначе, как составляющие
Есть ощущение, что это переживание имеет такое глубокое трансцендентальное значение, что ни при каких обстоятельствах на это нельзя идти по легкомыслию или ради развлечения (
Подбирая таким образом доказательства, Хаксли подводит нас к следующей мысли: «факты» не позволяют нам исключать химически индуцированный религиозный опыт.
Один из современных биографов Хаксли Дана Сойер, специалист по восточным религиям, обратил внимание на то, что писатель, скорее всего действительно переживший духовное преображение, интерпретировал свой опыт в буддистских и индуистских терминах. Однако другие исследователи полагают, что Хаксли никак не мог обнаружить в индийской философии и буддистских практиках оснований для поиска «синтетической святости», и что
В 1959 г. О. Хаксли делает, на наш взгляд, важнейшее дополнение к размышлениям о визионерском и религиозном экстазах. Описывая химико-мистический опыт в одном из писем и специально подчеркивая, что это бесполезная и даровая благодать, он говорит:
Требуются этические и когнитивные усилия для того, чтобы испытавший ее (даровую благодать. –
Эта сентенция впоследствии будет озвучена в «Острове», в главе, повествующей о «причащении» подростков мокша-препаратом. Вот что говорит им проводник, сопровождающий их в психоделическом путешествии:
Освобождение <…> конец страданиям, конец вашему невежественному представлению о себе <…>. Но, как и все прочее, это состояние преходяще. И когда оно закончится, как вы распорядитесь своим опытом?.. Превратитесь ли вы снова в глупых правонарушителей, какими вы себя воображаете? Или, увидев свое истинное «я», вы посвятите жизнь тому, чтобы пребывать в этом качестве? <…> Вам решать, как вы обойдетесь с этим опытом <…> (
В «Острове» совсем не случайно подробно приводится спор доктора Роберта и Муругана, юного наследника трона, единственного, кто активно сопротивляется специфическому образованию, принятому на Пале. Их дискуссия почти дословно воспроизводит те дебаты, что разгорались не без помощи и непосредственного участия писателя в середине 1950-х: