Все они умрут, не оставив потомства. Такие типы заранее обречены на вымирание <…>. Убогим, слабоумным выродкам нет места в этом мире. Их прямой долг, святая обязанность – умереть. Смерть неудачникам! Лишь этим путем вымирания слабых могла инфузория дорасти до человека, и этот же путь, надо надеяться, поможет человеку дорасти до существа высшего порядка[215].
Острог не испытывает симпатии и к несчастным угнетенным:
Но ведь трудящиеся классы – это рабочий скот, и если они опустились так низко, значит, на лучшее они не способны. <…> Пришествие аристократии – фатальная необходимость <…>. И сколько там не протестуй глупое человечество, в конце концов мы придем к сверхчеловеку[216].
Очевидно, Уэллс имел в виду новую, жизнеспособную аристократию. Данная идея также осмыслялась первыми читателями Уэллса как весьма актуальная, ибо соответствовала популярной в то время риторике «выживания сильных» и «вырождения слабых».
В «Спящем», как и в «Машине времени», описаны «кастовые расы». Так, например, рабочие женщины «невзрачны и плоскогруды», что явилось результатом двухсот лет эмансипации, городской жизни и отсутствия каких-либо «нравственных стеснений». Они давно «дифференцировались в отдельный класс, имевший свои физические и нравственные особенности и даже свой собственный диалект»[217].
Возникающий в «Спящем» образ Веселых Городов – вероятный источник Нового Мира Олдоса Хаксли, где люди, так же как в уэллсовских городах, «живут, веселятся и умирают бездетными». Веселые Города – не единственное, что в дальнейшем «позаимствует» Хаксли из текста Уэллса. Например, в «Спящем» описываются кормилицы-автоматы и дети, которые с колыбели выращиваются «искусственным способом, точно растения в парниках». Такое искусственное выращивание детей, как известно, стало центральной темой утопии Хаксли. Читаем мы в романе Уэллса и об «Эвтаназии» – компании, организующей последнее дорогое удовольствие в жизни и безболезненный из нее уход. Эвтаназии также посвящен отдельный эпизод «Дивного нового мира».
Роман Уэллса «Первые люди на Луне» (
На Луне <…> каждый гражданин знает свое место. Он рожден для этого места и благодаря искусной тренировке, воспитанию и соответствующим операциям в конце концов так хорошо приспосабливается к нему, что у него нет ни мыслей, ни органов для чего-либо другого[218].
Так, селенитов предназначенных стать математиками, с рождения ведут к этой цели. В результате целенаправленного воздействия их мозг вырастает, а все прочие части тела, напротив, съеживаются или атрофируются. Пастухи лунных коров приобретают необыкновенную ловкость и подвижность. Но главное – они любят свою работу и радостно ее выполняют. Тех, кому предстоит стать машинистами, запечатывают в бочки, из которых высовываются только их верхние конечности – этим способом их приучают к сжатию в узком пространстве.