— Это не мне, это тебе надо. Приготовиться к неизбежному и отходную молитву прочесть, — объяснил компьютер. — Ничего не навязываю, но, если есть какие-то сомнения, могу порекомендовать Трижды Реформированную Церковь Четырёх Жуков. Отходняк у них — процессор стынет! О вечных полянах какой-то земляники!
— Я подумаю, — хмуро пообещал Даст. — А пока выпусти меня отсюда.
— Пожалуйста!
Сработали пиропатроны. Микровзрывы сорвали и отбросили в сторону колпак кабины джета.
— Только далеко не отходи, — напутствовал вылезающего Даста компьютер истребителя. — Сбежать всё равно не успеешь, а подраться с аборигенами и тут можно. Они у меня на радаре нарисовались. Сюда направляются. Накрыть их? За врагов сойдут. И мы хоть часть БК по делу потратим.
— Оставь аборигенов в покое, — попросил фельдъегерь.
— Ладно, — покладисто согласился истребитель. — Всё равно они тоже покойники.
Даст спрыгнул с обгоревшего крыла джета и огляделся. Они сели в живописной лощине. С двух сторон в неё сбегали поросшие лесом склоны холмов. Лес был и в той стороне, откуда заходил на посадку истребитель. Широкая просека из вывернутых с корнями деревьев и рваная борозда от опушки леса отмечала их путь. В полусотне метров перед истребителем был обрыв. Даст полошёл к его кромке, заглянул вниз и у него закружилась голова. Настолько глубокой оказалась пропасть. Даже деревья на дне её казались обычной травой. Лес тянулся дальше, пропадая на горизонте в туманной дымке. Фельдъегерь отшатнулся и вытер ладонью со лба капли пота. Двойная Енота в белёсом небе пригревала. Остро пахло свежескошенной травой и жжёным пластиком. Сбоку слышалось что-то шепелявое и ритмичное, изредка прерываемое громким буханьем. Фельдъегерь обернулся на звук.
К ним приближался длинный белый гравикар с открытым верхом. Шепелявый речитатив исходил оттуда. На переднем сиденье гравикара расположились два монстра, похожих на показанного Дасту бортовым компьютером. Наркозависимые барсурманы, от которых сбежал Елисей. Аборигены были одеты в кожанные безрукавки с высоким воротником. Отделанный блестящими металлическими пластинами воротник доходил до середины их голого и бугристого словно лягушачья кожа черепа. Ещё у барсурман было по четыре руки. Аборигены раскачивались в такт речитативу, доносившемуся из колонок гравикара. Кто сидит позади них Даст не видел, пока под очередное «БУМ! БУМ!» гравикар не остановился рядом.
Позади четырёхруких барсурман… Даст крепко зажмурился, не веря своим глазам. Потом медленно, открыл их. Сперва правый глаз, потом левый. Спутница аборигенов исчезать не собиралась. Вольготно расположившись на диване гравикара, она в свою очередь с интересом разглядывала поражённого фельдъегеря. А поразиться было чему! За спинами чудовищ сидела необычайной красоты девушка. У Даста просто не находилось слов, чтобы описать эту красоту. Один взгляд изумрудного цвета глаз чего стоил! Закинув ногу на ногу, девушка раскинула вдоль руки спинки сиденья. Её одежду составляли три крохотных треуголиника из тиснёной серебром кожи. Треугольники скреплялись тонкими кожанными ленточками на серебряных кольцах. Светлые, цвета спелого мёда, волосы тяжёлой волной спадали на плечи девушки. Даст пытался понять, как совмещалась эта красота с уродливостью её спутников.
— Елисей вернулся! — вывел его из ступора радостный голос аборигена. Барсурманин легко перешагнул через борт качнувшегося гравикара и расставил руки, будто собираясь обнять Даста.
Фельдъегерь невольно отшатнулся. В этой позе абориген походил на готового к броску двухметрового паука.
— Он не Елисей, — сказала их спутница. — Это кто-то другой.
Голос у неё оказался под стать её красоте. Чарующий, с лёгкими низкими нотками.
— Не вижу разницы! — обернулся к ней барсурманин. — Для меня все Елисеи на одно лицо!
— Елисей-не-Елисей — ты поляну нам засей! — поддержал его второй с переднего сиденья.
«БУМ! БУМ!» громыхнули динамики.
Открыв дверцу гравикара, девушка выпорхнула из салона и направилась к Дасту. Лодыжки её длинных стройных ног оплетали шнурки сандалий.
— Кто ты? — спросила она, вплотную подойдя к Дасту. Он мог поклясться, что даже ощутил тепло её тела.
— Отвечай, не-Елисей! — потребовал стоящий рядом барсурманин. — Тебя сама Принцесса спрашивает!
«БУМ! БУМ!» донеслось из гравикара.
— БА-БАХ! — внешним динамиком напомнил о себе истребитель. — Через три секунды!
Даст обнял Принцессу, пытаясь хоть так закрыть её от взрыва. Барсурманин негодующе взревел и бросился на Даста. Но сделать ничего не успел. Отпущенные истребителем секунды истекли.
12.
