(При проведении этой операции они чуть было не похитили другого человека. За машиной Лоренца ехала машина партизан, оснащённая рацией, чтобы предупредить другого партизана, за рулём грузовика, что Лоренц подъезжает. Мимо грузовика проезжает чёрный «мерседес». По рации сигнала не поступает, ибо это не Лоренц. Но водитель грузовика решает, что рация забарахлила, и надо таранить «мерседес». К счастью для подпольщиков, в последний момент он понимает, что «мерседес» ему не нужен, и, выехав было навстречу, тут же даёт обратный ход. А в «мерседесе» едет председатель районного суда (позже начальник в полиции) Шерц, с недоумением взирая на странный грузовик, выехавший навстречу и тут же вернувшийся задом в проулок. (Любопытно, чтобы вышло, если бы партизаны похитили Шерца вместо Лоренца. Сюжет для повести или фильма.))
Нынешний бургомистр Клаус Шутц, друг Лоренца, объявляет, что выборы пройдут в срок, но без избирательной кампании.
«Через несколько минут после похищения полиция устроила такую масштабную акцию преследования, какой ещё не знала история Западного Берлина: 5 вертолётов, 200 автомашин ДПС, 10 000 преследователей, 100 000 марок вознаграждения и еще 50 000 от “Правого союза свободной Германии”». («Шпигель» тех дней).
28 февраля, Западный Берлин. Ранним утром в полицейский участок по почте приходит фотография Лоренца с подписью «Питер Лоренц, заключённый “Движения 2 июня”».
«Нашему пленному будет лучше, чем заключённым в государственных тюрьмах, хотя комфорта его целлендорфской виллы у него не будет. Петер Лоренц будет допрошен. Он должен будет рассказать о своих связях в деловых кругах, с шефами и фашистскими режимами.
Лоренц похищен нами как представитель реакционеров и бонз – он ответственен за травлю и слежку на рабочих местах, создание заводской охраны и антипартизанских групп, запреты на профессии и новые права на демонстрациях, ограничения прав защиты и поддержание дискриминационного параграфа 218.
Как шеф ХДС, он, приезжая в Израиль и делая там пожертвования деньгами, превратился в пропагандиста сионизма – агрессивной и захватнической политики Израиля в Палестине. Он участвует в преследовании и подавлении палестинского народа. Он также участвует в кровавом путче Пиночета в Чили. Это его партия денежными пожертвованиями позволяет хунте проводить репрессии, безжалостно преследующей любые свободолюбивые убеждения и кроваво подавляющей тысячи чилийцев в концентрационных лагерях, истязающей их и удерживающей свою власть благодаря кровавой бойне».
Похитители требуют выпустить из тюрем Хорста Малера, левых активистов Этора Канелло и Гюнтера Ягдмана, арестованных на митингах, и членов «Движения 2 июня» Верену Беккер, Габриэлу Крёхер-Тидеман, Ингрид Зипман, Рольфа Хайслера и Рольфа Поле. Ни один из них не обвинялся в убийстве. Далее: предоставить им Боинг-707 в течение 3 дней, дать их товарищам при освобождении по 9000 долларов, и чтобы пастор Генрих Альбертц сопровождал их в полёте.
Альбертц соглашается, но как не экс-бургомистр, а пастор. (В бытность бургомистром Альбертц осудил антишахские выступления студентов 1967‑го. Смещён с поста как козёл отпущения за убийство Бенно Онезорга (для левых) и провал визита шаха (для правых). Вину и за то, и за другое возложили на Альбертца (впрочем, справедливо).)
«Эти требования должны быть выполнены в течение 72 часов.
Опубликовать это обращение в форме официального сообщения в следующих газетах…
В течение всего времени его плена мы требуем абсолютного неприменения оружия со стороны полиции, её неприсутствия на улицах, никаких контроля, обысков, арестов, развешивания фото, попыток преследования населения. При неисполнении этих требований и обмане безопасность пленного будет под угрозой.
[…]
К товарищам в тюрьме: мы с удовольствием вызволили бы и больше товарищей, но не можем этого сделать при нашей сегодняшней численности.
К населению Берлина: в ближайшие дни государственные органы развернут против нас мощную кампанию. Они будут пытаться втянуть вас в преследование. Не оказывайте им помощь. Оставьте полицию, бонз и прессу друг с другом».
«…мы прекрасно понимали, что не можем требовать освобождения Ульрики Майнхоф или Андреаса Баадера, а только товарищей, не приговорённых к пожизненному заключению» (интервью члена «Движения 2 июня» Майера берлинской газете «Junge Welt» в марте 1997‑го).
Заключённых Поле, Хайслера и Крёхер-Тидеман нужно привезти в Западный Берлин из тюрем других городов.
28—31 марта, Западный Берлин. Лоренц жалуется похитителям, что ему испортили брюки. Партизаны пришивают ему пуговицу. Дальше начинаются баталии, не политические, а шахматные. Позднее на суде Лоренц заявит, что иногда он выигрывал, но у него сложилось впечатление, что ему подыгрывали.
