Как в любом приличном городе, здесь даже имелись здания с колоннами: обком партии, музыкально-драматический театр и железнодорожный вокзал. Мощенные брусчаткой улицы после войны закатали в асфальт. Взорванный отступающими немцами мост через Южный Буг восстанавливать не стали и рядом построили новый – широкий, с удобными тротуарами, узорчатыми чугунными перилами и элегантными электрическими фонарями.
По выходным в городском саду играл духовой оркестр. Нарядные граждане в двубортных костюмах и галстуках, а также гражданки в креп-жоржетовых платьях «с плечиками» танцевали вальс под «Амурские волны» и фокстрот «Рио-Рита». Другие горожане гуляли под липами, пили пиво и ситро, катались на карусели и стреляли в тире. Дети толпились у киоска «Мороженое», выбирая между сливочным в вафельном стаканчике, фирменным пломбиром или эскимо на палочке.
В центральном лектории, расположенном в бывшем доминиканском соборе XVII века, читали популярные лекции «О международном положении» и «Правда о сектантах». Через три дома, в кинотеатре им. Коцюбинского, бывшем «Иллюзионе», вечерами показывали трофейные кинокартины с Дугласом Фербенксом, а перед сеансами играл джаз. Под его аккомпанемент местная знаменитость мадам Чернолуцкая исполняла популярные песни типа «Виден сокол по полету». На центральной площади – им. Ленина, бывшей Соборной – стояли такси. Состоятельные граждане нанимали таксомотор, чтоб проехать четыре квартала до гарнизонного Дома офицеров, где регулярно выступали столичные знаменитости, включая скрипача Бусю Гольдштейна и оркестр Утесова под управлением самого маэстро.
