Роберт позвал на помощь для изгнания норманнов Райнульфа, герцога Аквитанского. Собрав людей из Анжу, Пуату и Гаскони, они двинулись на викингов с отборным войском и напали на них врасплох на реке Сарте». Норманны отступили в стоявшую близ реки каменную церковь, все не успевшие туда сбежать, были изрублены. Роберт с Райнульфом окружили церковь, намереваясь на следующий день сокрушить её стены осадным орудием. Стояла жара, дело было в июле и предводители сняли с себя доспехи, никто не думал, что викинги осмелятся напасть на намного превосходящее их числом войско.
Но те сделали смелую вылазку, бросившись на анжуйцев и гасконцев. После кровопролитной схватки их отбили, но Роберт Сильный пал, и норманны утащили его труп в церковь. Сражение продолжилось, герцог Райнульф также был убит стрелой из церковного окна. Когда же и граф Геривей был ранен, французы бежали, а норманны с добычей возвратились на суда.
Так как плавание по всем рекам было открыто и свободно, а на дорогах не было застав, то викинги могли направлять свои вторжения, куда хотели. Чтобы этому воспрепятствовать, французы решили заложить крепости на Сене и Маасе, заперли мостами Марну и Уазу, через Сену близ Парижа также построили каменный мост с укреплениями на обоих его концах, занятых сильной стражей.
Вышло и строгое запрещение под страхом казни доставлять норманнам лошадей, броню и всякое другое оружие, для нарушителей не принимались никакие оправдания в их защиту.
Но не помогало ничего — Британские острова, Англия, Шотландия и Ирландия, Фрисландия, берега Испании и Италии целое столетие подвергались жестоким нападениям северных хищников.
Были взяты и разграблены Париж и Гамбург, Дублин, захвачена половина Англии, а вторая половина с ужасом ожидала такой же судьбы.
Норманны уже не довольствовались грабежами, они начинают оседать на захваченных землях.
Но ближе к концу девятого века этим безжалостным бандитам начинают давать отпор, сначала король Альфред Великий после кровопролитной войны положил предел их экспансии в Англии. После смерти ничтожных правителей, нашлись сильные люди и в континентальной Европе.
30 ноября 879 года короли Карломан и Людовик, внуки Карла Лысого напали на норманнов и разбили их войско на реке Бигене, притоке Соны.
Немецкий король Людовик в этом же году разбил сильный отряд викингов на берегах Шельды.
К сожалению, эти храбрые люди рано умерли, и королем Франции стал Карл Толстый, император и король Италии, объединив, таким образом, две короны своего предка Карла Великого. Его подданные надеялись, что столь великое могущество, соединенное в одном лице, защитит их от неистовства норманнов.
Один из них, Готфрид, получив от прежнего императора земли во Фрисландии, женился на Гизелле, дочери короля Лотаря II и сестре Гуго, графа Эльзасского. Гуго замыслил вернуть королевство своего отца — Лотарингию, с этой целью он заключил союз со своим шурином. Император Карл Толстый узнал об их переговорах, не решаясь противодействовать их планам силой, он решил прибегнуть к коварству. Готфрида с товарищами предательски убили на переговорах, Гуго выкололи глаза, а потом заточили в монастыре. Все норманны, до которых дошла об этом весть, «озлобились чрезвычайно».
«Из Англии, из Нидерландов из областей на Луаре, со всех сторон стекались норманнские полчища на берега Сены для отмщения императору за его вероломство». На самом деле, им нужен был лишь повод, кто для них был этот Готфрид, отринувший ради сытного куска их братство? Как там, у Шекспира в «Гамлете»? «И всё из-за чего? Из-за Гекубы! Что ему Гекуба, что он Гекубе, чтоб о ней рыдать?».
В последних числах ноября 885 года флот норманнов добрался до Парижа.
Летописи пишут «что на расстоянии двух миль Сена была уставлена судами викингов, было этих судов до семи сотен, а число норманнов — до сорока тысяч». Как обычно враньё, наверняка их было раз в десять меньше. Главными среди пиратов называют одного из морских королей Зигфрида и Ролло — тот самый Ролло Пешеход, веса которого долго не выдерживала ни одна лошадь.
Сам Париж в те времена ограничивался островом на Сене, а его предместья располагались на обоих берегах этой реки. Силы осажденных возглавили Эвдо (Эд), граф Парижский, сын Роберта Сильного и городской епископ Гослин, люди храбрые и решительные.
Переговоры противоборствующих сторон успехом не увенчались, и началась десятимесячная осада, крайне ожесточенная и кровопролитная, со многими штурмами. Викинги использовали осадные машины и тараны, прикрытые сырой кожей, пытаясь захватить башни, защищающие мосты, ведущие на остров. Защитники лили на них кипящее масло и воск. «Сверху сыпалось на них разное оружие, их шлемы были унизаны стрелами; расписные щиты, большие и малые, звенели от непрестанно падавших на них камней». Викинги сделали пролом, но французы закидали его сверху камнями. Верх башни был из дерева, норманны натаскали к основанию множество дров и подожгли их, но проливной дождь затушил огонь. Упорные бои велись до декабря, в одном из них епископ получил рану.