В самое темное и холодное время викинги позволили себе отдых, продолжая однако осаду, отряды их расползались по округе, кто пешие, кто верхом, продолжая грабить и убивать. В городе между тем начался голод.
Архиепископ Реймский в самых сильных выражениях укорял императора в его медлительности и беспечности, умоляя идти на выручку Парижу, но страх того перед норманнами был слишком велик.
Викинги нагрузили две баржи бревнами и сухими дровами, зажгли и пустили вниз по течению, чтобы сжечь мосты и отделить башни от снабжения города. Защитники не сдавались, огромными усилиями им удалось удержать в отдалении горящие барки и набросать на них столько камней, чтобы они пошли на дно. Но Сена вскоре разлилась, обрушив малый мост посередине, норманны на судах окружили и сожгли одну башню вместе с её защитниками, пробовали с этой стороны взять город, но были отражены с большим уроном.
В феврале Генрих, граф Саксонский, подошел с сильным императорским войском на берега Сены, он привез множество припасов для осажденного города. Попытки объединенных сил Генриха и Эда прорвать блокаду потерпели неудачу, викинги отразили все их атаки. Простояв без толку три месяца, Генрих отошел.
Зигфриду наскучила осада, договорившись с епископом Гослином, он за 60 фунтов золота увел своих людей. Остальное войско продолжало блокаду города. В Париже свирепствовал голод и заразные болезни. Смертность до того усилилась, что живых едва хватало, чтобы хоронить мертвых. Умер и подававший пример неустрашимости епископ Гослин.
В июле пришла долгожданная помощь, граф Адальгем сумел пробраться в город со съестными припасами и свежим войском, наконец-то и сам император двинулся в Мец. До его прихода вернулся граф Саксонский Генрих с войском из Германии и Лотарингии. Сойдя с коня, он решил оглядеть укрепления норманнов, вокруг своего стана они выкопали множество ловушек — глубоких ям, прикрытых хворостом и присыпанных землей. В одну из таких и упал Герман, «в тот же миг его окружили, убили и ограбили». Так викинги отомстили одному из убийц Готфрида.
Норманны предприняли последнюю попытку захватить город — с другого моста с восточной стороны реки. Им удалось поджечь башню и викинги уже готовились взобраться на стены и вломиться в ворота. Осажденные в отчаянии вынесли на стены мощи святого Германа, а заодно и святой Женевьевы, главных покровителей города. Воодушевленные защитники набросились на врагов, норманны не смогли нигде пробиться, наконец, они отступили, по обыкновению, таща за собой своих убитых.
В начале сентября прибыл император с многочисленным войском, тогда же вернулся и Зигфрид.
Трусливый Карл Толстый, вместо того, чтобы вступить в бой, начал с врагами переговоры и предпочел откупиться, заплатив им семьсот фунтов серебра за обещание снять осаду. Флоту норманнов он даже разрешил пройти через Париж, но этому воспротивился граф Эд и новый епископ, схватив оружие, они призвали других защитников, забрались на мост и не дали проплыть флоту. Норманны повернули вспять, вытащили суда на берег и волокли их посуху более двух тысяч футов, используя для этого катки и пленных. Парижане с изумлением смотрели на это зрелище. В летописях событие отмечено, как неслыханное, но для викингов это было обычным делом.
Император оставил Париж и пошел к Суассонну, за ним последовал Зигфрид с частью войска, опустошая по пути всё огнем и мечем. Видя дымы от приближающихся норманнов, Карл Толстый поспешно бежал из Суассона в Эльзас. Едва он оставил город, как туда вошли викинги. Они сожгли церковь и монастырь, перебили множество жителей, а других увели с собой.
Бездарного императора, «почти сумасшедшего от мучавшей его головной боли», лишенного всякого уважения со стороны подданных, в ноябре 887 года объявили низложенным. Тогда все его покинули, и Карл умер бы с голода, если бы над ним не сжалился архиепископ Майнцкий.
Викинги продолжали свободно плавать по рекам Франции, они опустошали Бургундию, Шампань, Лотарингию, Артуа и Пикардию до самых морских берегов. Взяли города Труа, Шалон, Тунь и Верден, не сумев захватить только Реймс. Пытались они и второй раз осаждать Париж (889 год), граф Эд вынужден был заплатить выкуп.
Потом норманны вторглись в Бретань, раздираемую в те времена междоусобицами. Но бретонцы оставили склоки, Аланус, герцог Бретонский собрал все силы земли, они разбили пиратов, те потеряли в Бретани до 14 тысяч бойцов.
Иначе получилось в Германии. Против вторгшихся викингов, ставших лагерем у Левена, собралось ополчение у Маастриха. С рассветом 26 июня 891 года немецкое войско выступило с развернутыми знаменами, готовое к бою.
Но не встретили там врагов, тогда германцы переправились через Маас и пошли вдоль другого берега. Навстречу им попался передовой отряд неприятеля, решив, что это отдельное войско, немцы опрокинули его ряды и принялись преследовать без всякого порядка. Немного погодя они наткнулись на сомкнутые ряды основной норманнской пехоты, которая в свою очередь, легко опрокинула уже их.