Короля Лоргина нашли лишь за полночь, когда кто-то из слуг решил-таки нарушить приказ – "Не беспокоить, пока сам не позову!" Фактически этот слуга спас монарху жизнь. Он переполошил весь двор, понял на ноги незаменимого Орма, спавшего мертвецким сном. Тот притащил в королевские покои недоумевающего придворного лекаря, привыкшего к тому, что королевскую шкуру, поцарапанную в драке, уже подлатали на поле боя умелые руки соратников.
Врач определил у короля удар, и тут же прописал кучу снадобий, а ещё приказал уложить его немедленно в постель и не давать вставать, когда очнётся. Если понадобится – привязать! Сам эскулап вместе с верным Ормом поселился в соседней комнате, где они вместе с несколькими слугами провели полтора месяца, попеременно дежуря у постели короля.
Лоргину повезло – этот первый удар был лёгким, и по истечении второго месяца король хвастался всем, что ходит и чувствует себя, как юноша. При этом за ним буквально бегали придворный врач, Орм и ещё несколько человек, умоляя не перенапрягаться, отдохнуть и так далее. Лоргина же напротив, тянуло покрутить над головой тяжёлый меч или проехаться верхом. Он чудил и вёл себя, мягко говоря, несерьёзно.
Однако это всё было с радостью воспринято подданными – ведь любимый король выздоровел и стал, как будто ещё веселее и жизнерадостнее, чем прежде. Одно было плохо – король стал страдать провалами в памяти. Он забывал имена людей, с которыми был знаком годы и десятилетия, забывал названия предметов, забывал, зачем пришёл в то или иное место, забывал то, о чём говорил только что.
Но самое главное – он забыл что-то очень важное, необходимое, то ради чего он не пожалел бы всех сокровищ короны и самой своей жизни. (Именно так он об этом и говорил.) Но, что это такое, он не в силах был внятно выразить в словах, от чего часто сердился, выходил из себя и изводил окружающих требованиями попытаться напомнить ему об этом забытом важнейшем предмете с помощью наводящих вопросов.
Возможно, в конце концов Лоргину удалось бы вспомнить всё, но честный Орм, логично сопоставив болезнь короля с тем, что происходило накануне, переговорил с Марантой и, не обвиняя её ни в чём напрямую, попросил держаться подальше от его величества, чтобы не беспокоить едва вставшего на ноги монарха чересчур эмоциональными воспоминаниями, а тем паче, чтобы не возбудить у короля желания повторить их опасное безумство.
Оброненный Лоргиным портрет, он тогда ещё подобрал, завернул в кусок бархата и отправил вместе с собранными драгоценностями, рассыпанными при падении королём, в тот же тайник. Рассматривать ту, что была изображена на портрете, он не стал.
Маранта, конечно, была достаточно разумна, чтобы не брать на себя всю вину за нынешнее состояние короля. Но она понимала, что их бурное свидание могло послужить последней каплей для развития болезни, которая копилась и зрела уже давно. Поэтому она приняла совет Орма и действительно старалась не попадаться королю на глаза. Не пряталась, но и не выделялась среди прочих гвардейцев, сохраняя невозмутимое выражение лица, когда расфокуссированный взгляд монарха скользил по ней на общем построении или в карауле.
Второй удар, почти фатальный, случился с Лоргиным через год. Этого уже ждали все приближённые короля, и он сам в том числе. Лоргин понимал, что дни его сочтены, (он не знал, что выживет, и что это будет похуже смерти), но мужественно встречал подступающий финал, хоть и не мог уже двигаться без горской трости – маленького топорика на длинной рукояти.
Маранта некоторое время встречалась с Ормом, но тот был, чуть ли не постоянно занят с королём, к тому же их с Марантой близость шла вразрез с их же решением держаться подальше от королевских глаз. В общем, они расстались, как это было с ней раньше – друзьями. Впоследствии у воительницы было ещё несколько встреч и расставаний. Дважды она позволяла себе даже такой изыск, как любовь с двумя мужчинами сразу, но это уже не было так восхитительно, как в их единственное с Лоргиным свидание.
До падения великого королевства оставалось ещё два года, но люди, как всегда, не замечали, что их мир, лишившийся надёжной опоры, погружается в пучину бедствий.
Когда сэр Мальтор закончил свой рассказ, все присутствующие ещё долго молчали. Люди "переваривали" услышанное. Механикус, сделавший запись, успел в это время несколько раз повторно прокрутить её для себя, анализируя необыкновенную историю короля Лоргина и воительницы Маранты.
Рарок услышал за спиной негромкий всхлип, обернулся и увидел Лесу. Значит, девушка всё слышала. Что ж, возможно это к лучшему, но ему было жаль её, ведь узнать такое о близком тебе человеке в любом случае потрясение.
Гладиатор кое-что понимал в девушках, поэтому он не колебался, а просто подошёл и дружески обнял юную охотницу за плечи. Она тут же прижалась к нему, обхватила его могучий торс руками и спрятала лицо на груди.
