Человек левых взглядов, Грасс впервые побывал в СССР летом 1970 года, когда готовился визит федерального канцлера Брандта, автора новой «восточной политики». В Москве была организована встреча деятелей культуры и представителей общественности из ФРГ, ГДР и Польши. Власти не хотели приглашать Гюнтера Грасса, острого полемиста и неуступчивого оппонента. Ему не забыли, что в августе 1968-го он осудил оккупацию Чехословакии советскими войсками. Однако немецкая сторона фактически поставила ультиматум: либо Грасс едет вместе с издателем еженедельника «Шпигель», либо конференция вообще не состоится. Ведь Гюнтер много лет активно сотрудничал с социал-демократами и лично с Вилли Брантом.
Гюнтер Грасс и Юрий Карякин. Переделкино. 2000
Долгие годы писатель Грасс оставался в СССР под запретом. И его главный роман «Жестяной барабан», принесший ему мировую славу, был опубликован у нас только в 1997 году, почти через сорок лет после издания. Я похвасталась, что видела в Испании фильм «Жестяной барабан», хотя искренне призналась, что не все поняла, а сам роман не читала. А Юра рассказал Гюнтеру, что в 1968 году тоже пострадал: вышибли из партии за «черного кобеля, которого не отмоешь добела» (сказал публично о Сталине), перестали печатать.
Мне Гюнтер очень понравился, и захотелось подарить ему на память что-нибудь, что мне дорого. И тут рука моя потянулась к трости, которую Юра в больнице в Кубинке, уже на реабилитации, вырезал из кленового ствола, как учил его дед, и украсил изящным рисунком. Разгадав мое намерение, Юра схватил меня за руку:
– Ируха, я же для тебя вырезал!
– Ну, Юрчи, еще вырежешь, а мы, может, больше не увидим Гюнтера. Пусть у него будет память о нашем доме.
Карякин согласился, хотя и нехотя. Знал, что остановить меня в безумных поступках трудно, да и Гюнтер как-то смутился, что-то понял, хотя переводчица промолчала. Трость ему очень понравилась, особенно когда я сказала ему, что это – Юрина работа.
Надо было прощаться. Сфотографировались на память.
Прошли годы. Мы действительно больше не встречались. В 2006 году в связи с публикацией автобиографической книги Грасса «Луковица памяти» некоторые журналисты раздули в печати один эпизод, представив дело так, будто всемирно известный писатель наконец-то, накануне своего 80-летия, решился признаться в постыдном факте своей биографии, а именно в том, что он в молодости принадлежал к организации гитлерюгенд и «служил в войсках СС».
Собственно, Грасс никогда не скрывал этого, но теперь в книге спокойно и беспощадно к себе рассказал о том, как в юные годы он и большинство его сверстников были оболванены пропагандой и как происходило осознание кошмара, случившегося с его страной.
В гитлеровской Германии мальчики и девочки в десятилетнем возрасте обычно вступали в Юнгфольк, как мы, советские дети, – в пионеры. Увлекательные походы с палатками, песни у костра. «Молодежью должна руководить молодежь», – говорил им вождь. Маленькому Гюнтеру хотелось вырваться из дома, где о многом молчали. А ведь случалось, что в некоторых семьях, где недоброжелательно отзывались о нацонал-социалистической системе, дети доносили на родителей, совсем как наши Павлики Морозовы.
«Я все-таки вырос в идеологической зашоренности национал-социализма, – пишет Грасс в своей автобиографической книге. – В восемь лет я был среди так называемых „волчат“, с удовольствием носил форму. Я был ослеплен в определенном смысле». Ну а из «пионеров»-волчат прямая дорога была в «комсомол»-гитлерюгенд.
В 1944 году (Гюнтеру не было еще и семнадцати лет) он добровольно пошел в армию. И его захватили идеи «фронтового братства», исторической миссии Германии. Подал заявление с просьбой зачислить его на флот, на подводную лодку. На флот его не взяли, но отправили на службу в 10-ю танковую дивизию СС «Фрундсберг». Насторожили ли его эти две буквы «СС»? Нет. И писатель объяснял это так: «Скорее, я, наверное, видел в „ваффен СС“ элитные подразделения, которые пускали в дело, когда надо было остановить прорыв фронта». Ему важен был только род войск: если не на подводную лодку, тогда в танковую дивизию.
Но воевать долго не пришлось. 20 апреля 1945 года он был ранен, в мае 1945-го попал в плен и целый год находился в американском лагере. Когда после плена работал в шахте, слышал споры немцев о том, что произошло со страной. Стал узнавать правду о нацистских преступлениях. Началось мучительное осмысление опыта нацизма. Со временем он стал убежденным антифашистом и социал-демократом.
Почему я об этом так подробно говорю.
Во-первых, потому, что Грасс практически за всех своих ровесников (а многие немцы проделали такой путь) написал поразительно талантливую покаянную книгу. Написал про себя и про свое поколение, точнее про тех из этого поколения, кому посчастливилось выжить. «Луковица памяти» – это очень честная, серьезная биография писателя, а в сущности, биография его поколения.
