Среди них есть и такой господин – Самчук. Не известный на отчей земле, блуждает он по заграницам. Забыли, не хотят и вспоминать о нём в Дермани, хотя он оттуда родом. Но где-то там, за океаном, он выдаёт себя за писателя. Но это не что иное, как маска хитрого проходимца. Нельзя молчать, когда под ней кроется защитник человеконенавистничества и рабства, надругательства над достоинством человека, проповедник лжи и ненависти, вдохновитель кровавых убийц и зверей в человеческом обличье.
С 1925 года он бродит, как заблудший, везде и всюду на сомнительных чужеземных окольных путях, среди самых отъявленных врагов народа украинского.
А что же делал Самчук в годы войны? Точно то, что и все националисты: старательно служил фашистам.
О себе, как о «строителе нации» в мрачные годы немецко-фашистской оккупации, Самчук оставил довольно яркие документальные свидетельства. Эти документы – комплекты профашистских газет, в частности газеты «Волынь», которую редактировала коллегия под его «руководством».
Никакой наймит не служил так верно своему хозяину, как служил фашистам Самчук. Длинные передовицы в «Волыни», статьи-комментарии к речам Гитлера, дикарским распоряжениям Коха, грязным потоком стекали с его продажного пера.
Чего, например, стоит статья «Адольф Гитлер», помещённая в номере за 14 сентября 1941 года? Гитлер в безумном воображении Самчука – «человек необычайного мерила и необычайной духовной силы». Так мог писать лишь тот, кто радовался, глядя на руины, на дым пожарищ, который выедал глаза, на расстрелянных, замученных украинцев.
Так мог сказать самый отъявленный предатель и враг народа украинского. Таким и является Самчук.
Фашистский журналист Генрих Ротауге, корреспондент немецкого информационного бюро, с восторгом рассказывает о том, с каким старанием Самчук готовил клеветническую «украинскую корреспонденцию». И фашисты носились с ним, как с писаной торбой. Он с детства хотел чинов и денег. Они дали ему и то, и другое. Он стал и редактором газеты, и редактором отделения нацистской прессы на украинском языке, и ещё какую-то должность занимал в отделе пропаганды рейхскомиссариата.
Украина пылала в огне, а Самчук грел на нём свои руки. Когда пламя объяло Залужье, он появился в Дермани, чтобы наслаждаться горем и муками своих земляков.
«Больше инициативы!» – призвал Самчук харцызов из ОУН душить и резать советских людей.
Даже такой бандит, как Боровец, гитлеровский полицай, душегуб, истребивший тысячи людей на Полесье, удивлялся рвению и ловкости Самчука в служении общим хозяевам, его величавым одам и панегирикам во славу фашизма. Это он в сердцах окрестил Самчука «лизоблюдом фашизма».
Лизоблюд сочинял оды; пели за здравие и лизоблюду. В номере «Волыни», где в передовице этот борзописец призывал к покорности и верному служению новоиспечённым господам, которые сели на шею украинским трудящимся, некий Давен писал: «Он (Самчук) выполнит с честью все приказы своего руководства».
Так это и произошло. Когда над горлом фашизма нависла карающая рука народа-мстителя, Самчук сразу же взял ориентацию на новоявленных хозяев – американских империалистов, начал в той же «Волыни» упорно втолковывать оуновцам, чтобы они «мечтали категориями Нью-Йорка».
Знал кот-Самчук, чьё сало будет есть, потому и мяукал по-новому, выпрашивая ласку у новых хозяев.
Надо, чтобы украинская молодёжь за границей, её родители знали цену каждому гнилому слову Самчука. Что, кроме лжи, может выйти из-под пера не имеющего Родины? Разве может он сказать правду о том, на что посягала и стремится посягать оуновская нечисть?
Разве он расскажет о том, как запродавались жёлто-голубые австро-венгерской монархии, кайзеру, англо-американо-французским интервентам, русским белоэмигрантам, пилсудчикам, немецкому фашизму и реакционным кругам империализма? Украинский народ хорошо понимал, чего они хотели, и поэтому, когда вместе со всеми народами Страны Советов громил оккупантов, то беспощадно сокрушил и их приспешников-наёмников, – да так, что лишь немногим из них, например, рабу гитлеровского чернильного пера, удалось убежать от справедливой кары.
Паны самчуки сколько угодно и кому угодно могут продавать свои души, но запродать украинский народ – нельзя! Это доказал неоднократно сам народ. Это доказала история.
Понятно, что Самчук, заранее убежав в Мюнхен, а потом подавшись ещё дальше – в Торонто, оплакивает прихвостней немецкого фашизма, с которыми украинский народ беспощадно расправился.
Да, украинский народ действительно не потерпел подонков ОУН, которые совершали такие ужасы, что от одного упоминания стынет кровь в жилах. Это они бросали в колодцы детей, вязали отцов и матерей колючей проволокой, распинали людей на деревьях, прибивали гвоздями, привязывали вверх ногами и под головами разжигали костры, у живых вынимали глаза, живьём бросали в пламя...
Вечное проклятие сотен матерей, их горькие слёзы по родным детям, которым они дали самое дорогое в мире – жизнь, пусть упадут на ненавистные головы всех тех, кто носит оуновскую печать Каина и Иуды на лбу!