Вскоре все кое-как втиснулись в машину, и газик тронулся с места. Внутри густой запах бензина казался куда насыщеннее. Арина поудобнее сидела у окна, придерживая на руках лишь свой небольшой рюкзак. От нехватки места её прижало лицом к стеклу. А вот Тимура хорошенько завалило сумками. Самая большая уткнулась в подбородок, прислонив к жёсткой спинке сиденья, и закрыла обзор на дорогу. Но всё же он изловчился достать телефон и уложить между собой и Ариной незаметно от родителей.
Впервые за день он увидел в шторке смартфона «Н+». На мгновение забыв, что бдительная мама может заметить, парень разместил экран в ладони поудобнее и сильнее нагнулся к нему. Через пять минут после усердного бурения экрана взглядом «Nekto-чат» погрузился.
«Собеседник был в сети 15 минут назад», – гласило вверху, над самим диалогом.
От досады Тимур чуть не запустил телефон в пол машины. Он скрипел зубами, осознавая, что из-за мамы упустил возможность написать самому близкому человеку.
Они продолжали ехать. Когда ГАЗик проезжал мимо поселковой церквушки, мама растолкала сумки и высвободила увесистую руку, чтобы перекреститься. Вскоре машина, покачиваясь, выбралась из посёлка и выехала на асфальтовую дорогу. Сейчас стрелка направления к собеседнику поворачивалась куда точнее. Между Тимуром и Дианой было всего двести тридцать восемь километров…
Глава 5
Ледяной ветер
За считанные минуты аиртрэйн-экспресс подлетел к центральной станции. Атланты высыпали из вагонов на перрон и через золотые колонны хлынули к выходу. Когда Диана выбралась наружу, ей в уши ударил резкий шум – жестяные листы с громким скрежетом ползли вверх, закрывая башни от атлантских глаз.
«…И недостойно ни одно творение Марии на покои глашатаев её глядети…», – отрывок из заповеди Марии сиял на каждой из стен. Под каждой надписью сияла и икона Марии, от повсеместных взглядов которой охватывало крайне неловкое чувство.
Диана подняла голову в очередной попытке хоть мельком увидеть священную обитель, что колоннами возвышалась вокруг, но чуть не упала от головокружения – у основания выросших стен уже ничего не виднелось поверх них.
Простора на площади после поднятия стен стало ещё меньше, отчего атланты по-прежнему сбивались в кучу. Диана пыталась найти глазами знакомых в толпе, но при малейшем отвлечении её пыталась унести непримиримая толкотня. Устоять получалось, лишь хватаясь за широкие одеяния идущих рядом.
Храм Матери Марии был самой высокой и толстой из башен. Хотя подобное сооружение имелось в каждом имперском секторе, без сомнения можно было признать, что крупнее столичного храма нет во всей Атлантиде. Своим величием он затмевал даже дворец императора. Будто матёрый хищник, колоссальное строение медленно подкралось из-за жестяной стены, когда Диана со всей толпой повернула к нему. Ядовито-жёлтые глаза величайшей из икон пронзительно глядели на прихожан. Другие персонажи священной книги опирались мраморными руками на балюстрады, кидая надменные взгляды на собирающихся.
Когда главному прожектору оставалось чуть больше метра до зенита, гвардейцы медленно повели толпу от стен. После очищения до определённых границ из асфальта выскочил решетчатый заборчик. Вслед за ним вдоль всей перегородки с металлическим звоном выросли небольшие мраморные колонны с лифтовыми кабинами внутри. Оставшиеся за перегородкой атланты отошли в сторону.
Вдруг вся площадь затряслась мелкой дрожью. Огороженная часть в форме буквы «С» со страшным скрипом и лязганьем медленно поползла вверх и остановилась, когда с площадью поравнялся следующий уровень, подоспевший из недр. На нём отряд гвардейцев уже стоял по периметру, поблёскивая ружьями. Через пару секунд они пришли в движение и стали запускать атлантов. Когда второй ярус заполнился, он медленно поплыл ввысь вслед за первым.
Спустя несколько минут, выросшая конструкция напоминала трибуну, с которой каждый мог видеть узорчатые прясла храма.
По настоянию отца Диана никогда не стремилась на верхние ярусы. Но противиться толпе было куда опаснее, поэтому девушка оказалась в задних рядах второго. Украдкой оглядев томящихся рядом атлантов, она без труда прочла в их взгляде непонимание всего процесса. Они скептически глядели на трёхэтажные железные ворота храма, ожидая начала и скорейшего конца служения. Девушка тихонько вздохнула с облегчением, уверившись, что на этот раз ей повезло оказаться в своеобразном кругу единомышленников.
Пробил час: свет главного прожектора падал на Атлантиду вертикально вниз. С треугольной ротонды, смешавшись с воем сирены, раздался звон колоколов. Диана, как и все стоящие рядом, поёжилась от столь пронзительного шума. Когда колокола замолкали, мир становился на редкость тихим…
