Обманчивый жанр самопомощи то и дело трещит о «счастье». «Тридцать дней, и вы гарантированно станете…», «Пять простых шагов к…» – вы сами заполняете пробелы. Но эти наивные идеи не питают душу, не воспламеняют дух, не создают новый мир. Погоня за «счастьем» иллюзорна. Это побочный продукт тех редких моментов «разрядки», созвучия внешнего выбора с внутренней реальностью. Как Юнг пишет в эссе «Психотерапия и философия жизни»: «Основная цель психотерапии состоит не в водворении пациента в несбыточное состояние счастья, а в том, чтобы помочь ему развить непоколебимость и философское терпение перед лицом страданий. Для полноты и самореализации жизнь требует достичь баланса между радостью и горем»[34].
В конце концов, мы оказываемся не просто социальными животными. Мы – существа, ищущие смысл и созидающие его. Как отмечает Юнг: «Самые крохотные вещи, наделённые смыслом, всегда значительнее огромных бессмыслиц»[35].
Немного подумав, мы приходим к выводу, что естественное желание и тенденция сознательной жизни – это решать проблемы, а затем двигаться дальше. Эта склонность действительно помогает разрешать многие, если не большинство жизненных дилемм. Но не самые существенные. Сам Юнг разделял наше стремление к немедленному и счастливому разрешению конфликтов и тупиковых ситуаций. Он писал об этом так: «Я всегда был безрассудно убеждён в том, что, добравшись до дна, нельзя столкнуться с неразрешимой проблемой, и опыт оправдывал меня, поскольку я много раз видел, как одни пациенты просто перерастали проблему, которая разрушала других. Но это “перерастание”, как я раньше его называл, на поверку оказалось новым уровнем сознания. На горизонте пациента появлялся какой-то более возвышенный или масштабный интерес, помогая раздвигать границы миропонимания, и неразрешимая проблема теряла свою актуальность. Она не получала как такового логического разрешения, но исчезала, когда её затмевали новые и более сильные жизненные стремления»[36].
Нередко старая народная мудрость «с этой мыслью надо переспать» приносит некоторое облегчение на следующий день, когда мы можем выбраться из эмоциональной трясины и каким-то образом переосмыслить ситуацию. Мы даём бессознательному тоже поработать над ней и предоставить новую точку зрения. Многие выдающиеся художественные и научные открытия также стали результатом такой диалектики внешнего и внутреннего мира.
Тем не менее многие жизненные проблемы неразрешимы. Например, иногда кванты травмы остаются в организме и из глубины посылают весточки, которые мешают нам жить. Таким же образом десятилетиями всплывают на поверхность обломки затонувшего океанского лайнера. Иногда предательства, тяжёлые потери, упущенные возможности продолжают преследовать человека и омрачать его настоящее. Мы никогда не сможем «разрешить» эти переживания, поскольку они навсегда остаются частью нашей психоактивной истории. Но мы можем направить на них сознание, чтобы уживаться с ними в настоящем моменте. Мы задаём себе вопрос: «Что эта старая, постоянно напоминающая о себе проблема заставляет меня делать или от чего удерживает?» И он обязывает нас взять на себя ответственность за то, что приходит в этот мир через нас. Ещё он помогает нам вырваться из беспомощного прошлого и начать жить в увлекательном, требовательном настоящем.
В другой работе Юнг выразительно пишет о тех дилеммах, для решения которых нет очевидного решения или решения, не требующего затрат.
Он предположил, что мы поддерживаем напряжение противоположностей, которые разрывают нас на части, до тех пор, пока не появится нечто «третье». «Третье» означает не то и не другое, не «да» и не «нет», но задачу развития, которую ставит перед человеком эта дилемма. «Где меня просят вырасти над доступными вариантами выбора, чтобы переосмыслить, заново пересмотреть это непредвиденное затруднение?» – задавая этот вопрос, мы в очередной раз выходим из паралича, ступора и потери самостоятельности навстречу к принятию ответственности. И, как мы все вынуждены признать, быть ответственным – значит быть действительно взрослым.
Для тех, кто время от времени чувствует себя полностью побеждённым своими злоключениями, какой-то упорно возникающей дилеммой и винит во всем себя, богов или кого-то рядом, Юнг подводит итог: «Величайшие и важнейшие проблемы жизни принципиально неразрешимы. Таковыми они и должны быть, поскольку выражают необходимую полярность, присущую каждой саморегулирующейся системе. Их никогда не получится решить, их можно только перерасти»[37]. Между тем задача жить здесь и сейчас продолжает осуществляться как с нашим сознательным участием, так и без него.