Яркий светлячок закружился над его головой, рассеивая темноту подземного туннеля. Некромант уже не мог ничего поделать — тело не слушалось; он умирал. Он не видел лица человека, который склонился над ним и даже не мог сконцентрироваться на размытом очертании фигуры. Незнакомец что-то говорил, но в ушах Корвина нарастала целая симфония шума и скрежета. Прикосновение к своему изуродованному телу некромант почти не почувствовал. Только мысленно усмехнулся — теперь колдуну (а ему казалось, что это был именно он) не поздоровится. Чума не делала исключений. Даже для чисторожденных. Корвин собирался было озвучить эту предсмертную мысль, но из горла вырвался только кашель. Отвратительный кашель напополам с гноем и кровью — его разложившимися внутренностями. Приступ стал преддверием мучительной агонии, после которой наконец-то наступила вечная тьма.
========== Дорога Сна. Глава шестая ==========
Плавным движением Элли пригладила мокрые волосы, освобождая лицо и оглядываясь. Ее истерика никак не повлияла на обстановку в гроте — тот же приглушенный свет, те же коконы, прежнее зловоние. Девушка глубоко вздохнула и медленно поднялась с пола. Одежда промокла насквозь, застывшая слизь превратилась в бурую корку, которая неравномерно покрывала ее тело; там, где к коже прикасалась паутина, остались тонкие полосы ожога.
Сколько она пролежала на земле, рыдая и бессвязно причитая? Может быть пару часов, может быть всего лишь несколько минут. Элли было страшно; впервые с того момента, как она вступила в этот мир. Она не боялась иссушенных тел, не боялась монстров в тумане, не боялась темноты; липкий страх проникал в ее сознание в образе вкрадчивого голоса, казавшегося некогда знакомым.
Будет ли она нужна в своем мире? Остался ли у нее дом? Как ее примут?
Обычно Элли предпочитала не думать над такими вопросами, считая первостепенной задачей отыскать дорогу назад. Но реалистичный кошмар заставил испугаться — а вдруг ей некуда возвращаться? Кем была Элли Новак? Веселой симпатичной девушкой, студенткой, будущим стоматологом и, возможно, будущей женой хорошего парня. Такой она покинула свой мир, неизвестным проклятьем вышвырнутая в Анемерис — беспощадный и жестокий мирок, полный колдовства и предрассудков. Кем она стала? Убийцей и искусным лгуном, человеком с весьма шаткими моральными устоями; сумасшедшей.
Выровняв дыхание, девушка, придерживаясь за покрытые мхом камни, сделала несколько шагов. Пещера была огромна, и слабое свечение растений не позволяло рассмотреть ни потолок, ни противоположную стену; где-то журчала вода. Пошатываясь, все еще содрогаясь при взгляде на коконы, Элли продолжила свой путь. Она уловила легкое дуновение ветра и ускорила шаг. Тело плохо слушалось ее, ноги то и дело оступались, глаза не могли привыкнуть к зеленоватому сумраку, в довершении всего ее знобило.
Постепенно мох на стенах сошел на нет, а сама пещера сузилась до узкого коридора, в котором Элли почувствовала себя немного уверенней; а едва она прошла первый поворот, паника стала утихать. Успокоившись, Элли призвала светлячка. Яркая искорка вспорхнула с ладони и закружилась над ее правым плечом, тускло освещая стены, испещренные письменами. Поддавшись любопытству, девушка остановилась, разглядывая надписи. Язык был ей незнаком, но начертание некоторых символов пробудило смутное воспоминание. Она прижала ладонь к камню и вздрогнула — стена оказалось теплой, чуть вибрирующей; вкрадчивый голос снова начал нашептывать ей, что никакого дома больше нет.
От самих стен словно веяло злобой, тоской и ненавистью. Поежившись, Элли продолжила свой путь, жалея, что не имеет под рукой никакого оружия. Она миновала еще два поворота, прежде чем туннель вывел ее в высокий рукотворный грот.
— Свети, — слабо прошептала Элли, и светлячок загорелся ярче.
Зал был огромен, но уступал в размерах предыдущему. Сводчатый потолок лишь угадывался в полумраке, стены были искусно обработаны — гладкий камень, неведомым мастерством превращенный в огромные зеркала, заключенные между выступающими рельефами колонн. Не будь одно из них разбито, Элли бы потерялась в лабиринте отражений.
Она была не одна. Сотни каменных фигур заполняли зал. Это были изваяния людей, болло, троллей, кваргов и иных рас, с которыми девушка никогда не встречалась. Черный камень мягко отражал желтоватый свет искорки. Хаотичный на первый взгляд порядок, оказался идеальным, когда Элли шагнула вперед. Статуи были выстроены широкими кругами, петляющий между фигурами проход вел к центру зала.
