— Должен признаться, я рад это слышать, Ваше Высочество. И если уж быть до конца честным, то мы с Его Величеством на самом деле надеялись, что именно к такому выводу вы и придёте. Тем не менее, я был также полностью честен, когда сказал, что мы все будем признательны за любое понимание этой информации, которое вы могли бы помочь нам получить.
— Я буду счастлив помочь, чем смогу, — заверил его Нарман.
— Я рад. Однако, увы, есть ещё один незначительный момент, который я должен затронуть, Ваше Высочество.
— Какой именно, барон?
— Его Величество осведомлён, что вы с бароном Шандиром отдали, де-факто, приказ убить Гектора, — довольно деликатно произнёс Волна Грома. — Ну, в обычных обстоятельствах, Император не пролил бы и слезинки, если бы с Гектором случился… несовместимый с жизнью несчастный случай, скажем так. И, честно говоря, это казалось бы наиболее подходящая судьба для кого-то вроде Гектора. К сожалению, мы считаем, что любое покушение на жизнь Гектора будет иметь в лучшем случае лишь равновероятные шансы на успех. И, что возможно более важно, у нас нет сомнений в том, кого в данный момент корисандийцы обвинят в любой такой попытке. Хотя мы не питаем иллюзий относительно мнений, уже сложившихся в Корисанде в отношении Черис, мы глубоко обеспокоены пропагандистской ценностью, которую «Группа Четырёх» может быть способной извлечь из такой попытки. На самом деле, во многих отношениях, убийство Гектора — особенно если можно было бы обоснованно возложить на Черис ответственность за него — было бы более ценным для «Группы Четырёх», чем сам Гектор, в живом виде. Учитывая, что его флот нейтрализован, а его королевство открыто для вторжения в любой момент, когда бы мы ни решили нанести удар, он едва ли является военным активом, и нет никакого способа, которым «Рыцари Храмовых Земель» могли бы прийти к нему на помощь, даже если бы захотели. Так что, поскольку он больше не имеет ценности в качестве живого союзника, кто-то вроде канцлера Трайнейра, по крайней мере, мог бы быстро понять его большую ценность как мёртвого мученика, предательски убитого черисийскими наёмными убийцами.
Нарман обдумал это, затем кивнул.
— Я могу понять вашу точку зрения, милорд, — признал он, даже не пытаясь притвориться, что совсем не отдавал тех инструкций, которые отдал по словам Волна Грома. — На тот момент, по очевидным причинам, то, как смерть Гектора может повлиять на Черис, меня волновало меньше, чем то, как внезапный вакуум власти в Корисанде может привлечь внимание Черис к нему и отвлечь от меня. Очевидно, что эта часть моих расчётов требует некоторого переосмысления в соответствии с новым порядком.
— О, действительно требует, Ваше Высочество, — с улыбкой согласился Волна Грома. — И ваш комментарий о «переосмыслении» подводит меня к последнему пункту этой встречи. Понимаете, князь Нарман, император Кайлеб не верит, что вы найдёте возможным прекратить интриги и заговоры. О, — черисиец поднял руку и помахал ею туда-сюда, словно человек, отгоняющий назойливую муху, — это не значит, что он подозревает вас в каком-то преступном намерении предать клятву, которую вы только что дали. Это просто означает, что вы тот, кто вы есть, Ваше Высочество, и именно так работает ваш ум. Более того, вы очень хороши в этом — гораздо лучше, чем Гектор даже начинает подозревать — и было бы глупо со стороны Его Величества позволить такому острому и годному мечу заржаветь до бесполезности из-за того, что им не пользуются. Именно поэтому у него есть предложение, которое он хотел бы, чтобы вы рассмотрели.
— Какого рода предложение, милорд? — спросил Нарман, и его глаза задумчиво прищурились.
— Его Величество, с согласия Её Величества, желает, чтобы я остался на моём нынешнем посту старшего шпиона Королевства Черис. Это имеет особое значение в свете того факта, что я также являюсь человеком, отвечающим за нашу внутригосударственную безопасность и расследования. Учитывая потенциал внутренних волнений, которые создаёт раскол с Церковью, сейчас едва ли подходящее время для того, чтобы я убирал мой палец с этого конкретного пульса.
— К тому же, они желают, чтобы барон Шандир сохранил свой пост в Изумруде, а сэр Албер Жастин сделал то же самое в Чизхольме. Это, однако, оставляет очевидную вакантную должность, и они подумывают обратиться к вам, чтобы её заполнить.
— Вы же не серьёзно, милорд, — сказал Нарман. Волна Грома вскинул голову, приподняв одну бровь, и Нарман покачал головой. — Прошло меньше трёх дней с тех пор, как я поклялся в верности Кайлебу, и меньше трёх лет с тех пор, как я пытался убить его. Кем бы он не был, Кайлеб не является ни идиотом, ни дураком!
— Вы абсолютно правы, он ни тот, ни другой, — согласился Волна Грома. — Тем не менее он и императрица Шарлиен предлагают именно то, о чём вы подумали. Империи потребуется глава имперской разведки, а вы, Ваше Высочество, обладаете одновременно и способностями, и рангом, и властью, чтобы достойно занять этот пост.
— Но только если Кайлеб может доверять мне! — возразил Нарман.
