— Ну, это небольшая трудность, — сказал он. — Проще говоря, для этого нужен запал. Одна из возможностей, я полагаю, могла бы заключаться в том, чтобы использовать короткоствольное оружие — что-то даже короче, чем карронаду, которая, вероятно, могла бы метать снаряды так же, как катапульта метает камни. В любом случае, что-то с стволом, достаточно коротким, чтобы один из канониров мог достать до него и поджечь запал на снаряде после того, как его загрузили в ствол. Конечно, я полагаю, что большинство людей было бы несколько встревожено, стоя рядом с зажжённым запалом на снаряде, находящимся внутри орудия, которое может выбрать именно этот конкретный момент, чтобы дать осечку. — Барон покачал головой. — Я подозреваю, что ожидание детонации может быть немного нервным.
— Могу себе представить, — согласился Мерлин, мужественно сопротивляясь сильному искушению улыбнуться.
— Я уже зашёл так далеко, — продолжил Подводная Гора более серьёзно, — когда мне пришло в голову, что нет необходимости поджигать запал вручную, если я могу использовать вспышку в стволе орудия для той же цели, поэтому я начал пытаться придумать запал, который мог бы быть «самовоспламеняющимся» и давать достаточно надёжное и прогнозируемое время горения. Я пробовал фитили и огнепроводные шнуры, ну и всякие другие способы. Лучше всего работает, как мне кажется, по крайней мере на тестах, тот, что представляет собой полую деревянную запальную трубку, заполненную мелкозернистым порохом. Нам наконец-то удалось придумать состав, который горит действительно с предсказуемой, постоянной скоростью, и, с помощью относительно тонкостенной трубки, мы действительно можем выбирать разное время горения. Мы также обнаружили, что если мы сделаем отметки на запальной трубке с равными интервалами, и пробьём отверстие на одной из них так, чтобы пороховой заряд воспламенялся в определённой точке запального канала, то мы можем с удивительной точностью регулировать интервал между выстрелом и детонацией снаряда.
Мерлин знал, что, в данном случае, «мы» на самом деле означает «я», и сложил руки на груди, позволяя своему собственному выражению соответствовать возросшей серьёзности черисийца.
— Как я понимаю, это было отнюдь не просто, — сказал он. — Однако, из того, что вы уже сказали, я подозреваю, что это не главная проблема.
— Нет, не главная, — сказал Подводная Гора с выражением, которое Мерлин распознал как огромную сдержанность. — Проблема, сейджин Мерлин, заключается в том, что не имеет значения, насколько надёжно может быть рассчитан запал, если метательный заряд просто вдувает проклятый запал внутрь снаряда и гасит его ещё внутри ствола пушки!
— О! — Мерлин кивнул, снова подёргивая себя за ус. Он нахмурился в явной задумчивости, хотя и не думал о том, о чём мог бы думать по мнению Подводной Горы. Трудность заключалась не столько в решении проблемы Подводной Горы, сколько в том, чтобы избежать её слишком быстрого решения.
— Посмотрим, правильно ли я всё понял, — сказал он спустя несколько секунд. — Вы не хотите, чтобы канонир должен был физически поджигать запал на ваших «снарядах» при каждом выстреле, поэтому разработали такой, который поджигается воспламенением метательного заряда. Далее вы сказали, что запал, который вы придумали, позволяет вам определять время с достаточно надёжной точностью… когда он вообще работает. Но когда порох позади снаряда взрывается, запал является слабым местом в стенке снаряда, и он срабатывает преждевременно?
— В общем, да. — Подводная Гора пожал плечами. — В течение довольно долгого времени я не был уверен, разрушается ли оболочка снаряда вокруг запала, или сам запал просто целиком вдувается внутрь снаряда. Я подозревал, что имело место последнее, но поскольку никто раньше не имел опыта работы со снарядами такого типа, я не мог исключить возможность того, что снаряды, которые я разработал, просто имели стенки слишком тонкие, чтобы выдержать давление от выстрела. По тому, что оставалось после взрыва снаряда, ничего нельзя было сказать наверняка, поэтому я попробовал выпустить пару сотен снарядов с твёрдыми запальными трубками вместо запалов. Количество преждевременных взрывов значительно снизилось, но они всё ещё происходили, поэтому я сел и некоторое время думал об этом.
— В конце концов, я понял, что по крайней мере часть того, что происходило, состояла в том, что пороховая начинка двигалась внутри полости снаряда, когда был произведён выстрел, а выделяемое от трения тепло вызывало преждевременные детонации. Поэтому я попытался стабилизировать заряд, наливая горячую смолу, чтобы удержать всё на месте. Я должен был действовать осторожно, чтобы сохранить канал открытым так, чтобы пламя от запала достигло основного заряда, но это оказалось не слишком сложно.
