— Долбанный Стонер, — грубо выругался Клинтан, потом поморщился. — Конечно, вряд ли он истолкует это неверно, — сказал он чуть более спокойным тоном. — С другой стороны, он уже знает, что мы не доверяем ему. Бог знает, что мы никогда не делали большого секрета из этого между собой или в нашей переписке с ним. Поскольку вражда уже имеет место быть, я за то, чтобы лишить его любого дополнительного оружия, которое он мог бы использовать против нас, а не беспокоиться о том, как травма, причинённая его нежным чувствам, может повернуть его в нашу сторону.
— Я думаю, слова Жаспера имеют смысл, — сказал Трайнейр. — И, я полагаю, мы всё ещё можем… смягчить удар, распространяя часть золота, которое мы не используем при постройке кораблей в Сиддармарке, среди выращивающих пшеницу сиддармарских фермеров. Если на то пошло, у них есть множество лишних пикинёров, которых мы могли бы нанять, когда придёт время.
— Что же, тогда, — сказал Мейгвайр, — исключая Сиддармарк, и оставив Деснейр и Содар в стороне, потому что у них почти так же мало военно-морских сил, как и у нас, то в действительности остаются только Долар, Империя и Таро.
— И, конечно, Корисанд и Чизхольм.
Последнее высказанная вслух соображение было горькой запоздалой мыслью, и Дачарн мысленно фыркнул. Судостроительный потенциал Корисанда должен был стать спорным моментом, как только Кайлеб и Черис смогут справиться с Гектором, что, вероятно, было так же верно и в отношении Таро. И если Дачарн не очень ошибся в своих предположениях, потенциал Чизхольма, скорее всего, будет прибавлен к потенциалу Черис, чем привлечён поддержать Матерь-Церковь.
Однако, Долар и Империя Харчонг были совершенно другим делом. На данный момент, благодаря Черисийскому Королевскому Флоту, у Долара больше не было флота, но король Ранилд пытался увеличить свой кораблестроительный потенциал в течение многих лет. А Харчонг — самое большое и самое густонаселённое из всех королевств и империй Сэйфхолда — обладал самым большим флотом среди всех других государств материка.
— Ранилд захочет отомстить за то, что с ним случилось, — продолжил Мейгвайр, выразив мысли Дачарна словами. — Если мы согласимся субсидировать восстановление его флота, я уверен, он за это ухватится. И он будет счастлив построить корабли специально для службы Матери-Церкви, с учётом того, что Долар положит в свой карман каждую марку от их стоимости, без каких-либо затрат со стороны их казны.
— Что до Харчонга, то большая часть их военно-морского флота стоит на приколе. Я понятия не имею, какая его часть может быть в рабочем состоянии, а какая безнадёжно прогнила к этому моменту. Но у Империи, по крайней мере, есть верфи, которых нет у нас. И я не думаю, что у кого-нибудь из нас есть сомнения в лояльности Императора.
«Это, безусловно, верно», — подумал Дачарн. Харчонг был самым старым, самым богатым, самым большим и самым консервативным государством из существующих. Он также был высокомерным, презирающим всех чужаков и управляемым эффективной, но глубоко коррумпированной бюрократией. Однако с точки зрения «Группы Четырёх» важно было то, что преданность харчонгской аристократии Матери-Церкви была нерушима. Всегда можно было рассчитывать, что эта аристократия встанет на защиту Матери-Церкви в обмен на то, что Матерь-Церковь подтвердит их привилегии и власть над несчастными крепостными, что всю жизнь батрачили в огромных, широко простиравшихся имениях.
— Мне нужно будет провести некоторые исследования, прежде чем я смогу дать вам окончательные и заслуживающие доверия цифры, — сказал Мейгвайр. — Вообще-то, я считаю, что с Харчонгом и Доларом, мы можем хотя бы приблизительно соответствовать нынешнему строительному потенциалу Черис. Черис, конечно, сделает всё возможное, чтобы увеличить свои мощности, но у них просто нет столько рабочей силы — или богатства — чтобы достичь того уровня, до которого мы могли бы расширить харчонгские и доларские верфи.
— А что насчёт Треллхайма? — спросил Клинтан, и лицо Мейгвайра исказилось от презрения, или, может быть, отвращения.
— Ни у одного из этих лордиков нет больше горстки галер на каждого, — сказал он, — и многие из них не более, чем обычные пираты. Если бы их корабли были достаточно сильными, чтобы сделать их набеги на прибрежное судоходство Харчонга достаточно неприятными, Император уже давно мог бы просто завоевать их.
Клинтан снова хмыкнул, затем кивнул в знак согласия.
