– Это был секс, Джейкоб. Не жизнь. – Хотя тогда казалось, что это одно и то же. Когда он касался ее, когда она ощущала кожей его дыхание, когда пряди ее волос падали ему на грудь… в этом был смысл жизни.
До тех пор, когда этого стало недостаточно.
– Вот где мы ошибались, скорее всего, – произнес он. – У нас было слишком много секса.
Клара рассмеялась. Но что уж тут смешного.
– Вернее, слишком много времени на секс, а на разговоры – мало, – сказала она.
– На разговоры о чем? – спросил Джейкоб.
Клара выкатила на него глаза:
– Обо всем! О чем угодно! Джейкоб, мы познакомились в баре в сочельник, и мы с тобой едва ли выходили из дома до марта.
– Я помню. – Он произнес это с таким жаром, что она удивилась. Неужели он до сих пор чувствует ту связь, соединившую их, притяжение, возникшее в первый же вечер знакомства?
– Ты помнишь? Ты помнишь, как это у нас было? Какими мы были?
– Я помню все. Я помню, как я не мог отвести взгляда от твоих глаз – они меня заколдовали. Помню, что на следующий день я должен был ехать домой на Рождество, но был не в силах встать с постели, разлучиться с тобой. Я едва с ума не сошел, представив, что не смогу обнимать тебя.
Он помнил. Клара думала, что приукрашивает свои воспоминания, но он описал все точно так же, как и она сама это чувствовала. как наркотик, от которого невозможно избавиться.
– Клара, что у нас пошло не так? – тихо произнес Джейкоб.
Она покачала головой:
– Одного притяжения было мало. Мы никогда не говорили о нашей жизни, о том, чего хотим, о том, какие мы на самом деле. – Все годы Клара считала, что объяснение очень простое: Джейкоб любил работу больше, чем ее, а иметь собственную, настоящую семью не хотел. А она хотела его любви, его внимания… и ребенка от него. В этом они не совпадали. Но сейчас. У Клары в голове пронеслось, а не ошибалась ли она. Вероятно, у них был бы шанс, если бы они постарались узнать друг друга, вместо того чтобы подчинить все своей страсти. – Как мы могли ожидать, что совместная жизнь у нас сложится? Ведь мы не сделали ничего, чтобы узнать, что хочет другой, не говоря уже о том, чтобы дать это.
– Я не смог дать тебе того, что ты хотела? Ты об этом?
– Я о том, что я не знала, чего хочу, когда выходила за тебя, – объяснила Клара. – А со временем. мне стало нужно больше, чем потрясающий секс, веселые вечеринки в твоих многочисленных домах. Но было поздно.
– Я тоже хотел больше, чем все это. я хотел быть с тобой всегда. вечно.
У Клары сжалось сердце. Боже, как это произошло? Почему этот разговор с бывшим мужем происходит именно здесь и именно сейчас? Разговор, которого она избегала целых пять лет.
– Я знаю, – призналась она. – И я хотела того же. – Но она не могла ему сказать, что быть всегда с Джейкобом означало не иметь Айви, а это просто невозможно.
Вот он – момент истины, ее шанс рассказать ему о дочери. У Клары дрожали руки, когда она отвернулась к коробкам, которые распаковывала. Она постаралась смотреть исключительно на блестящую оберточную бумагу. Ей нужно ему рассказать. Но его семья приезжает завтра, а у нее еще полно дел.
Сколько можно придумывать отговорки? Но она боялась.
Сердце сильно колотилось, и Клара сделала вдох, чтобы успокоиться. Январь – вот когда она ему расскажет. Надо придерживаться первоначального решения. Новый год уже совсем скоро.
– Мы говорили о твоем отце. Ты, кажется, хотел что-то еще сказать о нем. – Клара вернулась к начатому им разговору.
Он смерил ее долгим взглядом. Она увидела в его глазах нерешительность.
Джейкоб отложил в сторону список, забыв про коробку под номером семнадцать.
– Он всегда питал к тебе теплые чувства. Я подумал… я знаю, что ему было бы очень приятно, если бы ты смогла остаться здесь на его последнее Рождество.
– Здесь. в замке? С тобой? – Он уже упоминал об этом, но Клара надеялась, что он шутит. – Джейкоб, это твое семейное Рождество, и бывших жен на такие праздники не приглашают. – Не говоря уже о том, что в гостинице в нескольких милях отсюда есть маленькая девочка, которая будет испуганно спрашивать, куда же подевалась ее мама в рождественское утро.
– Но ты сама уточнила, что мы на самом деле еще не бывшие супруги. Юридически.
– Джейкоб, мы с тобой не живем вместе пять лет и вполне подходим под категорию бывших.
– Это идеальное Рождество устраиваешь ты. Почему ты не хочешь остаться и тоже отпраздновать?
Нет. Она хочет свое идеальное Рождество с Мерри и Айви, где будет новый велосипед и шампанское, а после ланча – игра в снежки.
Она не желает проводить Рождество с матерью и сестрой Джейкоба, сурово взирающих на нее за праздничной индейкой.
– Не думаю, что это удачная затея, – уклончиво и, как ей казалось, дипломатично сказала Клара. Ей пришло в голову, что было бы намного проще, сообщи она ему об Айви в тот день, когда он вдруг объявился. Он, возможно, спасся бы бегством, а она не находилась бы сейчас в Шотландии. – Я хочу сказать… я уверена, что твоя семья больше не питает ко мне теплых чувств. Не представляю, чтобы они простили меня за то, что я от тебя ушла.
