— Это орудие смерти, коим был умерщвлен преподобный Григорий — один из первых печерских подвижников. Бог сподобил его прозорливости и чудотворения. Однажды воры задумали похитить книги, которые он любил собирать и которые в то время очень ценились. Святой, провидев их замысел, молитвою навел на них сон, так что спали они пять суток. Затем преподобный разбудил воров. Те смутились, но так ослабли от голода, что не могли идти. Григорий накормил их и отпустил. Однако незадачливых воров решили предать суду. Тогда Григорий вступился и защитил их. Тронутые его милосердием, воры оставили свой промысел и поступили в обитель… Но умер Григорий мученической смертью. Он встретил переяславльского князя Ростислава Всеволодича и предсказал ему погибель в войне с половцами. Разгневанный князь приказал бросить святого с камнем на шее в Днепр. Но мощи чудотворного чудом оказались в пещере. Рядом с ним положен камень, которым погублен святой.
Старик мерным голосом, словно былинник, вел свои сказания. И в этих немногословных и бесхитростных историях сквозь, казалось бы, непроницаемую пелену времени явственно проступали самобытные человеческие характеры — то милосердные и смиренные, то крутые и непреклонные…
— Преподобный Тит был пресвитером обители. Весьма поучителен в его жизни такой случай. Он жил в большой дружбе с дьяконом печерским Еваргием. Но по козням исконного врага мира и любви — дьявола — дружба эта порвалась и сделалась между ними лютая вражда… Случилось, что Тит тяжко заболел и, готовясь к смерти, пожелал просить прощения у Еваргия. Но тот и слушать не хотел. Братия насильно привели его к постели умирающего Тита. Со слезами просил он прощения у Еваргия, но непреклонный дьякон заявил, что не простит Тита ни в настоящей жизни, ни в будущей. И что же произошло? Еваргий, как видел Тит, был поражен копьем и пал мертвый. Самого же Тита ангел взял за руку и поднял с постели совершенно здоровым. После чудесного исцеления Тит удвоил свои подвиги и сам получил дар исцеления.
У саркофага, над которым белела пояснительная надпись, остановилась группа экскурсантов.
— Преподобный Нестор — летописец российский. О нем вы, верно, и без меня знаете, — походя заметил старик.
— А он имел какой-нибудь духовный сан? — полюбопытствовала Зоя.
— Он был дьяконом… А рядом с ним мощи преподобного Сильвестра — вначале инока печерского, а впоследствии игумена Михайловского Выдубицкого монастыря. Он продолжил летопись Нестора.
— Скажите, а есть среди печерских святых живописцы? — снова спросила Зоя.
— Вон, у изгиба пещеры, мощи преподобного Алипия-иконописца. Он учился у греческих мастеров, украшавших печерскую церковь при князе Всеволоде Ярославиче. По окончании работ был пострижен в иноки. Живя в обители, он писал иконы для игумена и братии и ничего не брал за свой труд. Днем работал, а ночью молился и пел псалмы. За такую добрую и благочестивую жизнь был рукоположен в священники и удостоен дара чудотворения. Однажды некто заказал ему икону Успения. Алипий заболел, а между тем приближался праздник. Заказавший был огорчен и раздосадован. Но накануне Успения ангел в виде юноши пришел в келью к Алипию и написал икону. Утром заказчик, к великой радости, получил ее. Скончался Алипий почти одновременно с Нестором в 1114 году. И посмотрите, — указал старик на застекленное окошко саркофага, — правая рука его сложена троеперстно, как на молитве. Урок нашим старообрядцам! — твердо заключил он.
— Скажите, пожалуйста, — обратилась Зоя к старику, — а известны ли какие-нибудь иконы, написанные Алипием?
— Одно из лучших его творений — чудотворная Свенско-Печерская икона Божией Матери. На ней Царица Небесная изображена сидящей на престоле. На коленях у нее благословляющий Богомладенец, а справа и слева предстоят перед ней преподобные Антоний и Феодосии Печерские.
— А где находится эта икона? — спросил я.
— Изначально она пребывала в Киево-Печерской обители и прославилась многими чудесными знамениями. Но в 1288 году ослепший князь черниговский Роман Михайлович, будучи в Брянске, услышал о чудотворной иконе и послал в монастырь прошение отпустить к нему святыню для исцеления. Икону в сопровождении священника отправили по Десне и далее по Свене. Ночью путники пристали к берегу. Наутро, проснувшись, не нашли в лодке иконы, а увидели ее на взгорке в ветвях дуба. Весть об этом дошла до князя Романа, и он, придя к иконе, дал обет построить монастырь и выделить ему столько земли, сколько он увидит с горы. После молитвы князь стал прозревать. Сначала он увидел тропинку, затем близкие предметы и, наконец, всю окрестность. Перед иконой отслужили молебен и заложили храм. Дерево, на котором обрели икону, срубили и изготовили из него доски для новых икон. Тогда же, в мае, было установлено в ее честь празднество. Икона прославилась исцелением слепых, бесноватых, заступничеством от врагов. В 1815 году в благодарность за избавление Брянска от наполеоновского нашествия было установлено дополнительное празднество семнадцатого августа, в день памяти преподобного Алипия.
