– А вы все же обманщик. – На губах Винни промелькнула ласковая улыбка, какой маньяки в фильмах провожают жертв в последний путь. – Я тут побеседовал с вашей дочкой, она рассказала про вас много интересного. Например, что вы именно тот, кем отказывались себя признавать. Скажите, почему вы тогда мне соврали?
– Потому что не твое собачье дело, кто я такой, – огрызнулся старик. – Если ты каждому готов растрепать о своих сверхспособностях, это не значит, что все вокруг такие же идиоты. Но я в сотый раз повторяю: мне ничего не известно о твоей матери. В тот день мы с ней так и не встретились, поэтому, пожалуйста, оставь меня в покое!
– Как я могу вам верить? Один раз уже поверил и ошибся.
Мистер Грошек сердито покачал головой.
– Конечно, вы не знаете, где она сейчас и почему не вернулась, – продолжил Винни обманчиво мягким тоном. – Вы же проводник, а не экстрасенс. Скорее всего, она даже не посвятила вас в свои планы. На той стороне могло произойти все что угодно. Обратный портал мог открыться не там, или она забыла больше, чем обычно забывают. Такие случаи невозможно предвидеть, я понимаю. Вы не хотели, чтобы она пропала, но вы назвали ей даты, время и координаты. Признайтесь.
– Я уже все тебе сказал. Не понимаю, что еще ты хочешь от меня услышать?
– Не все. Иначе вы бы меня не избегали. А вы даже в глаза мне смотреть не можете. До сих пор – уже столько времени прошло. Я думаю, это потому, что вы считаете себя виноватым, мистер Грошек. Не стоит. Вы дали ей лодку, но не могли предвидеть шторм. Неужели вы правда думаете, что я бы вас обвинил?
Прозвучало бы гораздо правдоподобней, если бы не взгляд, которым Винни будто вытягивал из мистера Грошека всю душу, – неудивительно, что тому хотелось запереться от него на все замки.
– Мне не нужна твоя индульгенция, сынок.
– Ладно, пусть. Я только одного не понимаю. Почему вы бросили свою семью? Они до сих пор гадают, живы вы или нет, а вы тут наслаждаетесь пенсией, играете с Агнес в настолки. Хорошо устроились.
Мистер Грошек протестующе взмахнул рукой.
– Не говори о том, чего не знаешь! Услышал одну сторону истории и возомнил, что разобрался в моей жизни?
– Тогда объясните вашу сторону.
– Обойдешься. Ты за этим пришел? Чтобы меня отчитывать?
– Нет. Ваша дочь просила вам кое-что передать.
– Ну так передавай быстрее!
Мистеру Грошеку стоило больших трудов сохранять спокойствие. Он подпрыгивал на пятках, будто в них были встроены пружины, и от этих движений в кармане его пуховика что-то тихо позвякивало.
– Вас очень любят и ждут, мистер Грошек. Ханна просит прощения за все, что сделала не так. Вы ей нужны. И не только ей, а всей вашей семье. Возвращайтесь.
Мистер Грошек покосился на Тейта, впервые обозначив, что заметил его присутствие. Тейт отлип от качелей и отошел в сторону, чтобы никого не смущать. Хоть он и чувствовал себя отчего-то причастным ко всему, что связано с Винни, этот конфликт его не касался.
– Это все? – устало спросил мистер Грошек.
Винни смотрел на него пристально, словно надеясь отыскать взглядом то, что не получалось вытянуть словами.
– Пожалуйста, мистер Грошек, объясните, почему вы это сделали? Почему просто исчезли и за столько времени ни разу не дали о себе знать? Должна же быть причина. Вас хотели убить? Вы от кого-то прячетесь?
– Да с какой стати я должен перед тобой объясняться? Ты кто такой? Как только наглости хватает!
– Пожалуйста, ответьте. Если ответите, с завтрашнего дня я вас больше не побеспокою, клянусь.
Мистер Грошек задумался над перспективой гарантированного покоя. Немного постоял, почесывая небритый подбородок, и в итоге сдался:
– Ладно, черт с тобой. Те люди, которых ты называешь моей семьей, плевать на меня хотели, понятно? Им всегда были от меня нужны только деньги. Что жена, царствие ей небесное, что дети – все воспринимали меня как банкомат. Не знаю, может, это я их испортил. Ни в чем им не отказывал. Но это уже неважно. Думаешь, они правда расстроились, когда меня не стало? Куда там. Единственная причина, по которой Ханна хочет, чтобы я вернулся, – это ее наследство. Она упоминала завещание? Конечно, теперь я ей понадобился. Пришлось оставить ее без гроша, чтобы она вспомнила, как сильно меня любит.
– Тогда к чему было то письмо? Почему вы назначили ей встречу и не пришли?
– Почему же не пришел? – усмехнулся мистер Грошек. – Пришел пару раз. Только не в «Ля дам сан мерси», а в кофейню напротив. Сидел там за столиком на веранде, прикрывшись газетой, и любовался своей бесстыжей дочерью. Очень увлекательное было зрелище. Она держалась так степенно, пока думала, что я появлюсь. А в позапрошлый четверг ее уже всю распирало от злости. Аж лицо перекосило. Когда она злится, у нее все нутро вылезает наружу, такой характер. Я просто смотрел на нее и напоминал себе, почему не хочу возвращаться.