Он сжимает челюсти, а затем в два шага пересекает комнату. Его рука крепко обхватывает мое запястье, и он резко притягивает меня к себе, заставляя ахнуть от неожиданности. Я сталкиваюсь с ним, и в моей груди бурлит необузданная ненависть, густая, как яд.
— Давай-ка поговорим, — бросает он, утягивая меня за собой прочь из комнаты.
Когда мы оказываемся в коридоре, я пытаюсь вырваться, но он лишь бросает на меня предупреждающий взгляд через плечо.
— Не заставляй меня тащить тебя на чертовых плечах, Селеста, — его голос низкий, угрожающий. — Иди сама. Или я тебя понесу.
Мои губы приоткрываются, но слова застревают в горле. Я точно знаю, что мои щеки вспыхнули, предательски выдавая, насколько он меня выбил из колеи.
Зейн чуть расслабляет плечи, когда понимает, что я не буду сопротивляться, и тут же во мне вспыхивает искушение разозлить его. Если я попробую… поднимет ли он меня так же, как раньше?
Мы идем молча, пересекая лабиринт садов, соединяющих все владения Виндзоров. Я думала, что он ведет меня к себе, но он останавливается на границе территории, за его спиной маячит обсерватория.
Только тогда он отпускает мое запястье, отшвыривает его, словно боится запачкаться. Отвращение в его глазах только подливает масла в огонь моей ярости.
— Никто из нас из этого не выберется, — говорит он с мрачной обреченностью. — Я перепробовал все, Селеста. Если бы был хоть один выход, я бы его нашел.
Зейн проводит рукой по густым темным волосам, ставшим чуть длиннее, чем в раньше. Движение до боли знакомое — и в то же время так разительно контрастирующее с ненавистью, пылающей в его глазах.
— Когда-то я бы отказался от всего своего наследства ради тебя. Но не сейчас, — произносит он холодно. — Если ради своих акций в Windsor Hotels мне придется на тебе жениться, я сделаю это.
Он пристально смотрит на меня, и я невольно задаюсь вопросом, что именно он видит.
— Я не могу выйти за тебя, — шепчу я, и голос мой срывается.
Зейн усмехается и делает шаг вперед, его выражение остается непроницаемым, пока он обхватывает ладонью мой затылок, большой палец ложится на мое горло. Мое сердце тут же начинает биться быстрее.
— Да? — его голос звучит почти весело, слишком самодовольно для человека, чья судьба ничем не лучше моей. — Ты можешь позволить себе отказаться от сделки с Windsor Hotels ради Emerson?
Он тихо смеется, но глаза его остаются ледяными. Его хватка на моем затылке становится крепче, его прикосновение — собственническим, когда он медленно придвигается ближе.
— Пожалуйста, — шепчу я, не в силах выразить словами этот страх, эту беспомощность.
Он — единственный мужчина, за которого я не могу выйти, единственный человек, с которым не могу быть. Я и так подвела Лили слишком много раз. Но это — это то, за что она меня никогда не простит.
В его взгляде вспыхивает что-то темное, необъяснимое, когда он притягивает меня еще ближе, и я чувствую, как его тело касается моего.
— Мне всегда нравилось, как ты умоляешь, — выдыхает он, склонившись к моему лицу, его взгляд скользит по мне, задерживаясь на губах. — Ты так же умоляешь его? Просила его спасти тебя, только чтобы понять, что от меня тебе не уйти?
Мои руки ложатся ему на грудь, намереваясь оттолкнуть, но в тот момент, когда я его касаюсь, решимость дает трещину.
— Ты не захочешь на мне жениться, — предупреждаю я, голос мой звучит мягко, но в нем звучат обещания, от которых ему следовало бы отступить. — Я превращу твою жизнь в ад.
Он усмехается и сильнее сжимает пальцы на моей шее, притягивая меня так близко, что мои ладони оказываются зажаты между нами.
— Ты уже это делаешь, Селеста. Но теперь я смогу утянуть тебя за собой. Я не хочу делать тебя своей женой, но я буду наслаждаться каждой секундой этого брака. Я заставлю тебя пожалеть о том дне, когда ты пошла против меня. Каждую каплю боли, что ты мне причинила, я верну тебе в тысячу раз сильнее.
Его дыхание — свежее, с легким привкусом ментола — заполняет пространство между нами, и я рефлекторно вдыхаю, чувствуя, как тело реагирует на его близость.
— Я не откажусь от Клиффа, — бросаю я, стремясь ударить его словами как можно больнее. — Даже если выйду за тебя, он останется единственным, кого я люблю. Единственным, кого буду касаться.
Его тело напрягается, гнев охватывает его целиком. Пальцы на моей шее сжимаются сильнее, но в следующий миг он опускает их в мои волосы, сжимая пряди.
— Ты даже не представляешь, во что ввязываешься, да? — его голос зловеще тихий, в глазах сверкает что-то опасное. — В браке по расчету с Виндзорами есть несколько правил.
Я хмурюсь, но он лишь усмехается, скользя рукой по моей талии, крепко удерживая меня на месте.
— Первое правило — никаких измен. Если хоть один из нас изменит, мы оба потеряем все. Наши семьи продадут наши акции и вычеркнут нас. Прикоснись к Клифтону — и ты потеряешь все, за что так отчаянно сражалась.
Мои глаза расширяются от шока, но он только усмехается, с триумфом наблюдая за моей реакцией.
