– вклад в познание будущего объектов, процессов, состояний различных форм познания в рамках данной метафизической платформы (познания философского, научного, художественно-образного, религиозного, обыденного, мистического в их вариациях в рамках данной платформы) различен. Основной конструктивный познавательный вклад делают философия и наука. Однако другие виды познания также вносят свой (различный) вклад в познание и конструирование будущего.
Примечание 2. Существуют некоторые ключевые типы объектов в познании будущего, по крайней мере, для европоцентричного и русского человека – «личность» (личное будущее), «семья» (будущее семьи и ее членов), «община (корпорация, нация и т. д.)» (будущее общины, корпорации, нации и т. д.), «культура» (будущее и перспективы культуры), «человечество» (будущее человечества), «планета Земля» (будущее Земли) и их модификации. Они важны человеку (являются для него ценностью), в той или иной степени заботят (волнуют, интересуют, радуют, пугают (и т. д.), становятся основанием мотивации поведения) каждого человека. Они имеют наиболее массовое распространение в качестве объекта размышлений и переживаний, в том числе на уровне обыденного познания, потому предметом запроса в отношении метафизик и людей, претендующих на то, что они способны познавать будущее, в том числе в отношении наук и ее представителей в науке, религии, мистических учениях, художественных произведениях. Неспроста основная часть разработок в современной российской, европейской и американской футурологии посвящена тому, какой будет жизнь людей и собственные оценки и предложения множества исследователей по этому поводу[302].
Естественно, что круг объектов, которые интересуют философию и научное познание существенно шире. Однако любой объект познается сквозь призму конкретных метафизики и мировоззрения.
Примечание 3. Принципиальной по важности является проблема широты распространения среди людей различных видов знания о будущем. Здесь существует три основных подхода – а) знания о будущем доступны лишь избранным и должны оставаться тайной для всех остальных; б) знания о будущем доступны (избранным, философии, науке, творческим гениям), но они должны распространяться только среди «элит» (самопровозглашаемых в разных формах и границах в разные эпохи, но всегда – стоящих у власти), не должны распространяться среди «простых людей»; в) знания о будущем доступны (избранным, философии, науке, творческим гениям) и они должны быть доступны всех людям, то есть любой человек имеет право получить имеющуюся информацию (знания) о будущем любого объекта.
Сторонники концепций «избранности» знания давно потерпели крах, хотя рецидивы иногда случаются, в том числе в современной истории, когда, например, правители пытаются обрести уверенность через обращение к мистическому «тайному знанию». Однако это не более чем фикция либо прикрытие.
Сторонники элитарных типов устройства общества, делящие его на «элиты» и «чернь», находили и находят массу аргументов для того, чтобы ограничить знания, в том числе такие псевдо-гуманистические, как то, что «простой человек слаб» и его психика не выдержит, что информацию не нужно давать, чтобы не беспокоить людей и не создавать паники, что человек не в состоянии понять этой информации и т. д. Но основной (тайной) причиной ограничения доступа к знанию, в том числе к знанию о будущем, всегда было и остается стремление к обретению и удержанию власти. Поэтому эта концепция также не имеет права на доминирование в мире.
Познание будущего должно быть демократическим в истинном смысле – права, власти и знания для всех, для народа. Идеалы Просвещения в их изначальной чистоте признают всякого человека как равного другим, как человека. Человек многократно доказал свое право на знание, и потому каждый человек имеет право на знание о будущем – в этом отношении он действительно не есть ни «тварь дрожащая», ни «чернь», ни «паническое животное» – он человек. Даже произошедшая в медицинской практике эволюция от изоляции неизлечимо больного от информации о болезни до открытия этой информации и сотрудничества с больным есть показатель возможности высокого доверия к человеку, способному оставаться человеком даже в сложнейших (предельных, критических) жизненных и экзистенциальных ситуациях. Это подтверждает вся современная человеческая история.
