– Есть занять ложемент. – Капитан 2-го ранга в комбинезоне интересного кроя, без головного убора, ложится в специальное ложе впереди рубки управления и утыкается лицом в окуляр оптического прицела со специальными горизонтальными и вертикальными шкалами.
– Вижу цель, предположительно эскадренный броненосец типа «Ройял Соверен». Вправо три румба, – глухо произнёс он, наблюдая силуэт корабля в огненном зареве.
– Есть вправо три румба, – как обычный рулевой ответил великий князь и командующий ВВС, который, как и другие члены экипажа в рубке управления, видел, как разрастается внизу море огня, где островками выделяются линии и обводы броненосцев.
– Так держать.
– Есть так держать.
В рубке наступила тишина. Десять секунд, пятнадцать.
– До сброса двадцать секунд. Начать отчет для бомбового отсека, – скомандовал штурман-наводчик.
– Есть начать отчёт для бомбового отсека, – произнёс старпом и, не сводя взгляда с циферблата больших часов с большой секундной стрелкой, смонтированных на его боевом посту, взяв трубку телефона и услышав ответ, произнёс:
– Начинаю отсчёт: двенадцать, одиннадцать… три, два, один. Огонь!
Дирижабль чуть тряхнуло, когда он дёрнулся вверх, сбросив четыре бомбы общим весом восемьдесят пять пудов.
– Влево два румба, – вновь прозвучала команда капитана 2-го ранга.
– Есть влево два румба, – произнёс Александр Михайлович, подумав про себя: «Интересно, насколько точно мы отстреляемся. Главное новые броненосцы зацепить. Они – основные цели этого налёта».
Командующий эскадрой Метрополии контр-адмирал Джордж Аткинсон-Уиллс в окружении нескольких офицеров штаба стоял на моле Fountain Road, с какой-то тоской глядя на рейд и строения военно-морской базы Портсмута.
У ближайшего к молу причала, накренившись на левый борт, стоял обгоревший броненосный крейсер 1-го ранга «Кент». Его неделю назад вывели из резерва и проверяли «у стенки» силовую установку, когда он попал под действие «греческого огня». Местами на корабле ещё мелькали огоньки пламени, вился дымок, и стояла гробовая тишина. Рядом с кораблем плавали трупы. Не много, так как на крейсере была неполная команда в двадцать процентов от штатной численности. Но сейчас на борту крейсера не осталось ни одного живого человека.
Водная поверхность рейда, куда перевел взгляд адмирал, была забита обгоревшими трупами, которые были, казалось, везде. Чёрными громадинами возвышались над водой все в пятнах копоти оставшиеся на плаву броненосцы, которым не повезло попасть под «греческий огонь», но повезло избежать попадания русских бомб. Между ними сновали оставшиеся целыми и не пострадавшие от огня несколько миноносцев, посыльные катера, буксиры. Все они собирали сведения о потерях и подбирали редко встречающихся выживших моряков.
А потери были большие, особенно среди экипажей. Сколько всего погибло матросов и офицеров Королевского военно-морского флота Великобритании, ещё предстояло выяснить, но уже полученные сведения ужасали: больше четырёх с половиной тысяч нижних чинов, включая унтер-офицеров, и больше пятисот офицерского состава. Всего уже больше пяти тысяч прекрасно обученных специалистов, которых будет очень трудно заменить. Кораблей его величества много, а вот обученные экипажи уже стали дефицитом.
Флагман эскадры Метрополии красавец броненосец «Императрица Индии» ушёл на дно вместе со всем экипажем. А это семьсот девять человек. В живых остался державший на этом корабле флагманский вымпел командующий эскадрой контр-адмирал Джордж Аткинсон-Уиллс и два офицера, которые были этой ночью на берегу по служебной необходимости.
«А ведь завтра в полдень „Императрица Индии“ и „Худ“ должны были выйти в Скапа-Флоу по приказу первого морского лорда адмирала Керра. Тот всё-таки продавил решение у теперь уже покойного короля о переводе эскадры Метрополии и флота Канала в эту удобную гавань. Жаль только, так поздно», – подумал контр-адмирал, вновь и в который уже раз обводя тоскливым взглядом рейд.
К невосполнимым потерям после налёта двух русских дирижаблей можно было отнести флагман эскадры Метрополии броненосец «Эмпресс оф Индиа», то есть «Императрица Индии», и два новейших броненосца «Принц Эдуард» и «Содружество», названного так в честь Британского Содружества наций.
Эти броненосцы стояли на рейде рядом, готовясь к выходу на ходовые испытания 27 декабря, то есть так же, как «Худ» и «Императрица». Так же, как и на флагман, на эти два броненосца пролился сначала «греческий огонь», а потом в них попали мощные русские бомбы. Судя по рассказам очевидцев, эти бомбы, пробив палубу, взорвались внутри броненосцев, разворотив днища кораблей. Затонули корабли очень быстро и также с полными экипажами. Спастись не удалось никому.
Да и как было спастись в этом огненном смерче, который бушевал чуть ли не по всей акватории рейда, а также, спалив верфи, перекинулся на жилые кварталы рядом с судостроительными зданиями и доками. Пожары на верфи и в городе тушат до сих пор.
