– Шестерка в техническом отношении довольно слабый удар, – замечает он. – Отбивающий оказывается ниже мяча и не может реально контролировать, куда он полетит. А принимающим игрокам гораздо легче заметить его и осуществить захват. Настоящего знатока всегда больше восхищает четверка, чем шестерка. Четверка – гораздо более контролируемый удар.
– Да, но он выглядит гораздо круче, – возражает Парвати и тут же подносит руки ко рту, чтобы сдержать хихиканье. – Извините, но мне сейчас пришло в голову… там же внизу кто-то мог быть… они там занимаются своими делами, и вдруг на них падает абрикос и пачкает. И они такие: что же это происходит?! Абрикосы падают с неба. Авадхи! Они бомбят нас фруктами!
Парвати складывается пополам от смеха. Кришан не понял шутку, но ее веселье заражает его, и он тоже хохочет, схватившись за живот.
– Еще раз, еще раз!
Парвати берет свежий абрикос со сложенной ткани, подбирает край сари, пробегает несколько шагов и подбрасывает фрукт в воздух. Кришан ловко срезает абрикос, и тот катится, подскакивая, по направлению к дождевым стокам с парапета. Брызги сока и мякоть летят ему в лицо.
– Четверка! – кричит Парвати, показывая четыре пальца.
– По-хорошему, мяч не должен быть засчитан, потому что его просто швырнули, а не подали по правилам.
– Но у меня не получается этот переброс.
– Он несложный.
Кришан берет горсть абрикосов и показывает на них правильный и точный удар, балансируя свободной рукой. Мягкие фрукты упрыгивают в кустистый рододендрон.
– А теперь попробуйте вы.
Он бросает Парвати недозрелый абрикос. Она легко его ловит, обнажив рукав
– У меня никогда не получится!
– Давайте-ка я помогу.
Смысл слов доходит до Кришана уже после того, как они произнесены. Еще подростком на уроке он прочел в школьной сети, что все осознанное пишется в прошедшем времени. Если так, значит, все решения принимаются неосознанно и без чувства вины, а сердце всегда говорит правду, хоть и нечленораздельно. Его путь уже определен. Он заходит Парвати за спину. Кладет руку ей на плечо. Другой рукой берет за запястье. Женщина затаила дыхание, но пальцы ее крепко сжимают абрикос.
Кришан перемещает ее руку назад, вниз и поворачивает ладонью вверх, затем направляет вперед, еще дальше вперед, одновременно опуская левое плечо Парвати, а правую руку приподнимая.
– А теперь повернитесь на левой ноге. – В их своеобразном танце наступает рискованный момент, затем Кришан резко поднимает руку Парвати. – Бросайте! – командует он.
Абрикос вылетает у нее из пальцев, ударяется о деревянные плиты и лопается.
– Неплохая скорость, – говорит Кришан. – А теперь попытайтесь сами.
Он занимает позицию у черты, прицеливается лопатой-битой. Парвати отходит за дальнюю черту, поправляет одежду и разгоняется. Затем качается вперед и бросает абрикос. Вначале плод ударяется о настил, капризно отскакивает с вращением. Кришан шагает, выставив вперед лопату, абрикос ударяется о самый ее верх, отскакивает и разбивается о воротца. Неустойчивая фанера от такого удара разваливается. Кришан сует лопату под мышку и кланяется.
– Госпожа Нандха, вы обошли меня вчистую.
На следующий день Парвати знакомит Кришана с друзьями: Прекашами, Ранджанами, Кумарами и Маликами. Она раскладывает журналы, словно дхури на нагретом солнцем настиле. Сегодня утром воздух тяжел и недвижим, будто расплавленный металл, и прижимает к земле смог и шум уличного движения.
Весь прошлый вечер Парвати ругалась с мужем. Но ругань шла в его стиле: господин Нандха произносил сентенции, подкрепляя их многозначительными паузами, а на все ее возражения реагировал уничтожающе презрительными взглядами. Старая битва: его усталость и ее скука; его отчужденность и ее потребность в общении; его нарастающая холодность и подгоняющие ее яичники.
Парвати открывает журналы на самых ярких центральных разворотах. Идеальные ухаживания, роскошные бракосочетания и даже скандальные разводы. Кришан сидит со скрещенными ногами, зажав стопы ладонями.
– Это Соня Шетти, она играет Ашу Кумар. Она была замужем за Лалом Дарфаном – в реальности, а не в «Городе и деревне», – но прошлой весной они развелись. Я жутко удивилась: все думали, что они вместе навсегда, но Соня стала появляться в обществе Рони Джхутти. Она была на премьере Према Даса в таком милом серебряном платье, так что я уверена, что мы очень скоро узнаем о свадьбе. Конечно, Лал Дарфан говорит о ней всякие мерзости: и что Соня бездарна, и что попросту его опозорила… Разве не странно, что актеры могут быть настолько непохожи на своих героев из «Города и деревни»? Я теперь совсем иначе отношусь к доктору Прекашу.
Кришан листает толстые цветные страницы, источающие ароматы химических красителей.
