– Я позвал вас сюда, потому что мне нужна ваша помощь. Ценности нашей компании в большой опасности. В мире существуют другие, значительно более крупные корпорации, цели которых прямо противоположны нашим. Они предлагают очень крупные суммы, чтобы скупить «Рэй пауэр» по частям. Подобную сделку предлагали и мне. Возможно, вы сочтете меня опрометчивым или по меньшей мере невежливым, но я их отшил по уже упомянутой причине: я верю в те ценности, на которых стоит наша компания.
Немного сбавить газ.
– Если бы я был уверен в том, что они будут работать в интересах дальнейших исследований проекта нулевой точки, то более внимательно рассмотрел бы их предложение. Но их интерес вызван другими масштабными планами. Они хотели бы выкупить нас только для того, чтобы отложить работы над проектом или даже закрыть его. Подобные предложения делались – возможно, теми же самыми людьми, – и моим братьям, которые сейчас присутствуют за этим столом. Я хочу упредить их. Срезать на подаче, как говорят американцы. Я сделал щедрое предложение Рамешу о приобретении принадлежащей ему «Рэй Джен», подразделения, где можно будет внедрить технологию нулевой точки. Это приобретение даст мне контрольный пакет акций «Рэй пауэр», что достаточно для того, чтобы не позволить никому извне нам помешать – по крайней мере до тех пор, пока исследования в области энергии нулевой точки не станут общедоступны и мы не сможем более эффективно противостоять любому давлению. Подробности предложения изложены в ваших презентационных материалах. Прошу вас внимательно изучить их и обдумать сказанное мной – с тем, чтобы мы могли перейти к голосованию.
Садясь, Вишрам ловит взгляд матери. Она улыбается, интимно, мудро и тихо, в то время как почти все сидящие за столом вскакивают на ноги и начинают выкрикивать вопросы.
Водитель такси курил и слушал радио, развалившись на заднем сиденье и не обращая ни малейшего внимания на то, что его высунутые из машины ноги мочит дождь, когда Тал вылетел на него из стеклянного перехода, волоча за собой спотыкающуюся, ничего не соображающую Наджью.
– Ах, чо чвит, как же я рад тебя видеть! – кричит Тал, заметив, что водитель включил свой желтый сигнал и подмигивает фарами.
– Вы очень похожи на людей, которым нужен транспорт.
Тал упирается Наджье в спину, упаковывая ее в машину.
– Как бы там ни было, сегодня ночью ввиду чрезвычайных обстоятельств никаких скидок. И вы заплатите мне и за время простоя. Говорите, куда едем, или я дальше ищу пассажиров?
– Все равно куда, только подальше отсюда.
Тал вынимает палм и запускает видеофайл Наджьи с Н. К. Дживанджи, а одновременно – маленькую пиратскую софтинку из списка маст-хэв всякого уважающего себя ньюта: трейсер звонков. Ньют никогда не знает, когда ему может потребоваться маленький мистер Рон ДеВуу.
– Разве машина не должна двигаться? – Тал, вбивающий код из видеофайла, вскидывает глаза.
– Мне нужно спросить одну вещь, – говорит водитель. – Я требую гарантии того, что вы никак не замешаны в произошедшей сегодня утром… неприятности. Я, может, и осуждал провалы и некомпетентность правительства, но в душе я – человек, который любит свою страну.
– Баба́, как раз те самые люди, что напали на нее, стреляли в меня, – отвечает Тал. – Поверь мне. А теперь просто веди.
Шофер давит на педаль.
– С вашей подругой все в порядке? – спрашивает он, истошно сигналя, чтобы разогнать толпу фанатов «мыла», стоящих с закрытыми глазами и поднятыми руками, словно предлагающих жертву богу, и что-то шепчущих. – Она какая-то не такая.
– Получила плохие новости о своей семье, – отвечает Тал. – А с этими что?
– Они приносят пуджу богам «Города и деревни» за благополучный выход нашей страны из кризиса, – отвечает водитель. – Если спросите меня – глупые суеверия.
– Я бы не был так уверен, – бормочет Тал.
Когда такси выезжает на главную улицу, навстречу, разбрасывая фонтаны воды, появляется большая роскошная «тойота», до отказа набитая карсеваками. Голубоватый свет освещает их ножи и тришулы. Тал провожает взглядом машину, невольно содрогаясь от ужаса. Если бы они задержались еще на две минуты, зачарованные сарисином…
– Я полагаю, вы хотите, чтобы я избегал подобных субъектов – как и полицейских, солдат, правительственных чиновников и всех прочих? – предполагает таксист.
– В особенности их.
Тал рассеянно касается контура кнопок под кожей, вспоминает жар адреналина, вспоминает город, полный лезвий и тришулов, вспоминает свой страх, такой сильный, что до того казался невозможным. Вы этого не знаете, но я уделал вас, «нормальные», думает Тал. Крутые парни, любители насилия, вы считаете, что улицы принадлежат вам, что вы можете делать все, что вам заблагорассудится, – и никто вас не остановит, потому что вы сильные, дикие, молодые мужчины, но этот ньют надрал вам задницу. У меня в руках оружие, и оно сообщило мне местонахождение человека, который уничтожит вас с его помощью.
– Вам известно это место? – спрашивает Тал, перегнувшись через спинку сиденья водителя и показывая ему дисплей палма.
